Разве такой мужчина, как он, может быть один?
Не стоит верить тому, что говорят сплетницы.
На себе сто раз испытано.
— Константин Александрович, — миролюбиво начинаю я, когда печенье в вазочке, наконец, заканчивается, — уже поздно. Вас, наверное, дома заждались?
Кошмарыч вскидывает голову и нехорошо на меня смотрит. Суровый прищур говорит о том, что я сказала какую-то глупость, но пока не ясно, какую именно.
— Интересно, кто?
Я снова краснею и отвожу взгляд.
— Ну, не знаю… супруга ваша… к примеру…
Мельком поднимаю глаза и тут же снова утыкаюсь в свою чашку, потому что эмоции на лице мужчины меняются. Он откидывается на спинку стула и с хитрой улыбкой препарирует меня взглядом.
— Дарья Васильевна, какая вы не осведомленная, — цокает он языком. — Весь офис давно в курсе, что я не женат. Столько лет у меня работаете и не знаете. Вы же сто раз мне в паспорт заглядывали и видели, что я давно разведен.
Это правда. По роду службы я чуть ли не каждый день отправляю сканы паспорта директора, но даже никогда не задумывалась о том, что у него на странице, где указано семейное положение.
— Так, может, у вас жена гражданская имеется, — брякаю я, пытаясь выйти из этой глупой ситуации.
— Не имеется, — сухо отрезает Кошмарыч. — Никто меня дома не ждет.
— То есть, — невольно вырывается у меня, — вы совершенно не торопитесь и поэтому так неторопливо съели мое печенье?
В ответ на вопрос босс неожиданно начинает громко смеяться, да так, что сидевший на его коленях предатель Люцик испуганно вздрагивает, а потом и вовсе соскакивает от греха подальше.
— Вот вы жадина, Даша! — со смешком заявляет мужчина. — Хотя, что еще можно ждать от женщины, которая предпочла вручить себя на растерзание собакам, но не отдать им мясо, что было в сумке. Это же мясо? Верно?
— Да вы с ума сошли! — эмоционально взмахиваю руками я. — Домашний рулет! Я лучше вам его скормлю, чем собакам!
С этими словами решаю, во что бы то ни стало доказать Кошмарычу, что не жадина. Вскакиваю и спешу развернуть и нарезать рулет.
За спиной раздается очередной взрыв хохота.
— Вы неподражаемы, — хрипит босс. — То есть я все же лучше, чем собака.
— Я не это имела…, — начинаю я оправдываться, но осекаюсь, когда босс поднимается из-за стола и идет ко мне, улыбаясь и буквально завораживая взглядом.
Я так редко видела улыбку на его суровом лице, что сейчас кажется, будто передо мной совершенно другой человек.
— Даша…
Он осторожно забирает из моих рук нож, аккуратно кладет его рядом с разделочной доской и осторожно касается моих ладоней.
Наши тела оказываются очень близко, и даже если я захочу увеличить расстояние между нами, то не смогу – потому что задницей уперлась в кухонный шкафчик.
— Да? — смотрю Кошмарычу в глаза, находясь в полнейшем смятении.
Он молчит и наклоняется ко мне, так… так словно хочет поцеловать.
Хочу ли я этого?
Не знаю…
Но тело определенно хочет! Так хочет, что даже губы покалывает от нетерпения.
Еще мгновение, и я чувствую на лице его теплое дыхание. Рука мужчины уверенно ложится мне на талию, чуть сжимает.
В тишине квартиры слышно лишь шум нашего дыхания и… внезапный скрежет прокручиваемого замка!
Испуганно вздрогнув, максимально отклоняюсь от мужчины и с ужасом понимаю, что это дед с дачи приехал.
Ой, что сейчас будет…
Где у меня была валерьянка?
Нам с Люциком точно не помешает.