— Да что ж это такое?!
И тут рука на моей попе, про которую я позабыла, ощутимо так сжимается и прижимает к твердому, во всех местах, мужскому телу.
— Не надо так дергаться, — стонет он. — Мне же больно.
И не понять: то ли на самом деле больно, то ли прикидывается.
— А будет еще больнее, если вы меня сейчас же не отпустите, — со змеиным шипением обещаю я и облегченно выдыхаю, когда клешня медленно, словно нехотя, сползает с облапанного места.
Глава 2 Все по фэншую
Дарья
Сижу в дорогущем ресторане, жую какую-то модную рыбу в не менее модном соусе и думаю, что была не справедлива к Кошмарычу.
Подумаешь, с кем не бывает: засмотрелся на прелести мужик. Не он же обнажал их, в самом деле, они сами… хм… обнажились.
А дальше последовала вполне нормальная мужская реакция.
Я тоже хороша: подняла вой точно припадочная.
Пощупали ее за попу.
Случайно это вышло!
Кошусь на босса и как бы молчаливо спрашиваю: точно случайно?
А он сама невинность, точнее сама кошмарность.
Нахмурился, нахохлился, слова цедит сквозь зубы.
Короче, наконец, вернулся в свое привычное состояние.
— Как вам рыба? — с вежливой улыбкой спрашиваю я, думая, что не плохо бы для приличия завести какую-то светскую беседу.
— Так себе, — ковыряет вилкой по тарелке босс.
— А вы привереда! Я даже боюсь смотреть на цену этой рыбки.
— Не в цене дело, — бросает равнодушный взгляд в меню он.
Становится интересно, и я с любопытством интересуюсь:
— А в чем?
Кошмарыч откладывает меню, внимательно смотрит на меня своими темными глазами и говорит:
— В душе.
— Это как?
— Это когда повар с душой готовит. Вкладывает ее в свое блюдо. Это, — он кивает на свою тарелку, на которой какая-то другая рыба под нежнейшей овощной подушкой. — Корм. А вот пирожки ваши, Дарья Васильевна, самая настоящая душевная еда.
С этими словами он все же берет вилку и принимается есть рыбу, которую только что обозвал кормом.
Я же так и застываю с кусочком белого хлеба в руке, чувствуя, как щеки неумолимо заливает краской от неожиданно высокой оценки моего кулинарного искусства.
— Вы ели мои пирожки? — чуть подавшись вперед, неуверенно спрашиваю полушепотом.
Босс бросает на меня взгляд, типа: что за глупый вопрос, и решает сменить тему.
— Надеюсь, вы уже поняли, зачем я взял вас на объект?
— Чтобы покормить обедом? — позволяю себе панибратскую шутку.
Босс шутку не оценивает, пронзает меня острым, как бритва, взглядом и с ходу выдает задание:
— Мне нужен подробный бизнес-план. Все исходные данные, включая сроки строительства. Пробный проект скину вам завтра на почту. За неделю управитесь?
От такого заявления чуть ли не давлюсь рыбой и спешно тянусь к бокалу с водой, чтобы запить вставший комом кусок.
Вот это запросики!
— Константин Александрович, при всем уважении, это невозможно сделать так быстро. Я же не волшебница.
Он откидывается на спинку стула и, приподняв бровь, выдает:
— Правда?
Тушуюсь, не зная, как реагировать на этот дружеский подкол.
Воистину, сегодняшнее настроение босса меняется со скоростью света. Не понятно, что от него ожидать в следующий момент. Еще эти постоянные намеки на флирт скоро доведут меня до дергающегося глаза.
Какой-то бесконечный разрыв шаблона.
— Найму любых помощников, — дает карт-бланш Кошмарыч.
— А толку-то от них? — качаю головой. — Их всех учить надо. Они пока вникнут, пока мы начнем работать в команде. Пустая трата денег.
— Вот за что люблю вас, Дарья Васильевна, так это за то, что вы всегда трепетно относитесь к моему карману, — очень серьезно говорит он. А после хитро, словно с намеком, оскаливается: — Вы просто идеальная жена.
Ага. Именно поэтому от меня после стольких лет брака сбежал муж.