Настроение, которое и так было не фонтан, окончательно портится.
Благо, у босса звонит телефон, и он вынужден, отложив столовые приборы, ответить на звонок. Это спасает меня от необходимости поддерживать вежливый разговор на скользкую тему.
Выдохнув, спокойно доедаю свою рыбу и к тому времени, как Кошмарыч заканчивает свою беседу, я в целом уже готова ехать обратно в офис.
Что-то сегодня для меня и так много впечатлений.
Не добавляет удобства и тот факт, что блузка на груди держится на честном слове. Хорошо, что в сумке удачно завалялась булавка, а то сейчас щеголяла бы по ресторану нараспашку.
Шучу, конечно.
Пока Константин Александрович с поистине солдатской скоростью расправляется со своим обедом, проверяю все мессенджеры. Там куча сообщений. В основном по работе.
Пролистываю их, решив посмотреть чуть позже, и открываю переписку с дочерью.
“Мам, я на завтра пригласила в гости Колясика. Будем знакомиться.
P.S: Подготовь дедулю. Предупреди, что Колясик мне еще живой пригодится.”
Наша с Виталием дочь – очень самостоятельная девочка. Анечке уже девятнадцать. Она учится на втором курсе университета и встречается с однокурсником по имени Николай.
Я, как и любая мать, давно уже, через куратора Аниной группы в универе, навела справки об этом Коле. Узнала, что парень трудолюбивый, ответственный из нормальной семьи, и успокоилась. Пусть дружат, встречаются. Аня выросла, пора и ей строить свою собственную жизнь
Это понимаю я.
Это понимает Виталик.
Но не понимает наш дед, которому до сих пор кажется, что Аня маленькая и ей нужно косички плести.
Нет, дед не страдает деменцией.
Он страдает просто старческой вредностью.
И, как любящая сноха, я терплю и, как могу, сглаживаю разногласия, дабы никто не расшиб себе лоб об острые углы семейных конфликтов.
В такие моменты я как никогда осознаю, что Виталик – чертов предатель!
Получил развод и теперь там, в Москве, развлекается в свое удовольствие, меняя баб, как перчатки и продолжая строить карьеру, а я тут, хоть на карьеру и не жалуюсь, но все так же вязну в семейных проблемах, потому что деда и Анечку бросить не на кого.
И положиться тоже не на кого…
— Дома проблемы? — заметив, что я погрустнела, спрашивает начальник.
— С чего вы взяли? — убираю телефон в сумку и отодвигаю от себя тарелку, без слов давая понять, что готова ехать.
Кошмарыч пожимает плечами.
— Показалось. У вас очень выразительное лицо, Дарья.
Вы посмотрите, какой внимательный стал!
Столько лет работаю, и впервые его интересуют мои домашние проблемы.
Помнится еще, когда Аня в пятый класс ходила, ее в больницу положили с сильнейшим бронхитом. Машины у меня тогда не было, но я старалась каждый день возить ей что-то вкусненькое. Дорога в час пик по пробкам на маршрутке занимала больше двух часов в одну сторону. Тогда я, будучи еще простым бухгалтером, набралась смелости и просила руководителя отпустить меня пораньше. На что мне был ответ: Константин Александрович не терпит всяких поблажек даже для работающих мамочек. Или я работаю наравне со всеми, или мне не место в его компании.
Я запомнила. И больше не просила поблажек.
Аня выросла, теперь не болеет, спортом занимается, а я до сих пор это вспоминаю.
Вот такая я баба злопамятная.
— Не хочется вас торопить, — с жирным намеком гляжу на часы. — Но время не резиновое, а у меня еще куча работы. Может, уже поедем?
Кошмарыч, который до этого выглядел чуть добрее обычного, недовольно сдвинул четко очерченные брови и с едва скрываемой досадой произнес:
— Хорошо. Поедемте.
Как будто были другие варианты?
Самое главное – работой завалил по самый потолок, а теперь искренне удивляется, отчего я в офис так рвусь.
На работу мы вернулись уже почти в конце рабочего дня.
Бросив печальный взгляд на часы, я еще в коридоре распрощалась с Кошмарычем и понеслась в свою каморку.