Дел-то невпроворот!
Кажется, опять придется задержаться часов до семи-восьми.
Но в этом есть свои плюсы. К этому времени самые жесткие пробки уже рассосутся, и я куда быстрее доеду до дома.
Не успела зайти и переобуться в туфли, как следом в мой кабинет залетела всклокоченная Альбина, сграбастала подписанную штатку и улетела обратно в известном направлении, а именно – в свой эйчарский отдел.
Наслаждаясь кратким мгновением одиночества, завариваю себе крепкий растворимый кофеёк, падаю в кресло и вывожу из режима сна ноутбук.
Он отзывается радостным мерным жужжанием и не менее радостно сообщает, что у меня на почте двадцать шесть непрочитанных сообщений.
И когда они все только успевают мне писать…
Сейчас… пять минут, приведу мысли в порядок и обратно к диаграммам.
Но едва я делаю глоток терпкого напитка, как начинает противно трезвонить внутренний телефон.
— Дарья Васильевна, вас Константин Александрович вызывает! — пищит на другом конце провода Катя.
С тоской смотрю на свой кофе.
— Я пока занята.
— Сказал: “вот прям сейчас”!
— Так ответь, что я ем.
— Дарья Васильевна…
— Да в туалете я! — не выдерживаю и кладу трубку.
Что-то в последнее время Змея Кошмарыча стало слишком много. Не успели в коридоре расстаться, как опять я ему понадобилась. Скоро он во сне ко мне будет приходить и требовать отчеты замогильным голосом.
Б-р-р-р.
Если так нужна, пусть сам ко мне топает.
А я пока от пяти минуток тишины покайфую.
Удивительное дело, но Завьялов так и не приходит. Видимо нашлись дела поважнее.
Более того, минут через двадцать его машина резво стартует с офисной парковки, извещая всех сотрудников о том, что можно выдохнуть, ибо босс уехал. Сейчас все гуськом потянутся к кулеру, достанут заначки печенек и начнут перемывать чьи-то косточки.
Очень надеюсь, что не мои.
Уж очень икать не хочется.
Где-то полчаса спокойной работы, и на пороге снова появляется Хамидова, но уже в компании двух шоколадок.
— А вот и твой магарыч! — жизнерадостно скалится она. — Ты какую будешь: с фундуком или изюмом?
— Давай две, — бросаю быстрый взгляд поверх экрана монитора и, увидев, как основательно располагается Альбина за столом, понимаю, что это надолго.
С Альбиной мы дружим ни много ни мало, а двадцать лет. Именно она в свое время помогла мне после длительного декрета устроиться на работу к Завьялову.
— Эх, подруга, завидую я тебе белой завистью, — говорит Хамидова, со смаком разламывая шоколадку. — Свобода – это так прекрасно. Хоть кисель пей, хоть под балалайку пляши. Никто тебе теперь не указ.
— Не так уж это и прекрасно, — отпиваю свой кофе и откидываюсь на спинку кресла. — Дома тихо, одиноко, а в постели холодно.
— Так заведи любовника! — тут же находится Альбина с «гениальной» идеей. — Ты баба красивая. Стоит только пальчиком щелкнуть, и любой упадет к твоим ногам.
— П-ф-ф, — смеюсь я. — Этот тот, у которого алименты больше, чем пивной живот? Спасибо, не надо.
— Ну, почему же? — выразительно смотрит на меня подруга. — Вот взять хотя бы нашего Кошмарыча.
От такого заявления у меня ёкает где-то в районе пупка, потому что перед мысленным взором сразу проносятся наши с боссом недавние обнимашки, в ходе которых мы оба поняли, что мои телеса еще могут вызвать у мужика ответную реакцию.
Не скрою – льстит женскому самолюбию.
Жаль, что мужик не тот.
И вообще Альбинка в последнее время помешалась на почве свободы. Дело в том, что они с ее мужем много лет трудились в одном отделе. Он – главный маркетолог, она – младший. Приелись друг другу до оскомины.
С детишками у них не сложилось. Бог не дал. На этой почве у них серьезный разлад.
— А что с ним? — стараясь изо всех сил сохранить лицо, нейтрально спрашиваю я.
— Он смотрит на тебя, — хитро стреляет глазками Хамидова.
— И?
Старательно продолжаю изображать несознанку, но Альбинка слишком хорошо меня знает.