С тех пор, как их не стало, танцы превратились в болезненное напоминание о прошлом, о пережитой утрате. Я оставила тренировки, музыка вызывала лишь грусть, а каждое движение отзывалось предательством памяти о сестре. Хлоя смотрит с воодушевлением, не представляя, какую бурю воспоминаний она подняла во мне.
Я молчу, пытаясь собраться с духом. Как объяснить, что под этой маской скрывается разбитое сердце. А может, это шанс? Возможность вновь ощутить радость, избавиться от гнетущей печали и почтить память Изабеллы в танце.
— Хлоя, я… я не знаю, — запинаюсь. — Мне страшно. Боюсь, что не смогу, это слишком тяжело для меня.
— Ерунда! — восклицает Хлоя. — Я знаю, у тебя получится. Просто попробуй! Мы будем рядом, поддержим тебя, и вместе мы станем лучшей командой черлидеров! Пожалуйста, Эвелин, дай себе шанс.
Я смотрю в ее искренние глаза и понимаю, что не могу отказать. В конце концов, возможно, именно танцы вернут меня к жизни.
— Ну что? — нетерпеливо спрашивает Хлоя.
— Согласна, — неуверенно отвечаю я.
— Ура! Я так рада! Поверь, тебе понравится, у нас очень дружный коллектив! — весело говорит она, выходя из автобуса, и, обернувшись, машет мне, сияя улыбкой.
Я выхожу на следующей остановке и захожу в пекарню.
— Здравствуйте, у вас есть лимонный пирог? — спрашиваю я у рыжеволосого кудрявого продавца, усыпанного веснушками.
Он отрывается от протирания витрины и быстро оглядывает меня.
— Лимонный пирог? Сегодня как раз свежая партия! Только из печи, аромат просто невероятный. Сейчас покажу.
Он ловко достает из-под прилавка аппетитный пирог, посыпанный сахарной пудрой. Тонкая корочка манит своим блеском, а от пирога исходит неповторимый лимонный аромат, заставляющий забыть обо всем.
— Выглядит потрясающе! — не удерживаюсь я. — Упакуйте, пожалуйста. И латте "банановый пломбир" с собой.
Пока продавец упаковывает пирог и делает кофе, я рассматриваю пекарню. Уютное место, наполненное теплом и ароматом свежей выпечки. На стенах – милые картинки с булочками и пирожными, на полках – баночки с вареньем и медом. Здесь всегда царит особая атмосфера, располагающая к приятному чаепитию и душевным разговорам.
Заплатив за покупку, взяла коробку и душистый кофе ,направилась к дому. Через пять минут я уже открывала входную дверь.
– Мам, я дома! – прокричала я, входя, и услышала звуки на кухне.
– О, дорогая, ты уже здесь! А почему так рано? – спросила мама, выходя в розовом фартуке.
– У нас отменили последний урок, – Ответила ей , подходя целуя маму в щеку.
– Надеюсь, это правда, а не прогул, помнишь наш уговор?
– Да, мам, помню, – ответила я, поднимаясь в свою комнату на втором этаже.
Бросив рюкзак на пол рядом с кроватью, мой взгляд упал на фотографию .На ней вся наша семья: я, маленькая, лет пяти, сижу на коленях у папы, а мама стоит сзади, обнимая Изабеллу. Мы такие счастливые. Как же я по ним скучаю! Прошло пять лет, а боль все еще сильна. Мама старается не показывать, но я вижу, как ей трудно. Она работает на двух работах, чтобы нас обеспечить. Я должна хорошо учиться, чтобы ей помочь.
Переодевшись в джинсовые шорты и белую майку, спустилась вниз, взяв с собой пирог.
– Мам, я к Шарлотте, вернусь к девяти, –Крикнула я ,обувая балетки.
– Хорошо, передавай привет Шарлотте и миссис Смит.
Перейдя улицу, подошла к дому напротив и открыла калитку. Меня встретил прекрасный сад, который выращивала миссис Смит, украшенный фигурками гномов. Я восхищаюсь этой сильной женщиной, но больше ее дочерью.
Постучав, ждала недолго. Дверь открыла милая женщина средних лет с темными волосами.
– Здравствуйте, миссис Смит!
– Здравствуй, Эвелин, рада тебя видеть! – тепло улыбнувшись, она пригласила меня войти. – Шарлотта в гостиной, сейчас принесу вам чаю.
– Спасибо, я принесла лимонный пирог, – протягиваю коробку.
– Это очень мило с твоей стороны, дорогая. Сейчас его нарежу и принесу вам.
В гостиной увидела темноволосую девушку в голубом платье, с лучезарной улыбкой, сидящую в инвалидной коляске. В руках она держит альбом и карандаш.
– Привет, Шарлотта, как дела? – спросила я, садясь на диван напротив нее.
— Всё отлично! Только что приготовили курицу «Кунг Пао» по новому рецепту, — проговорила она, тихонько посмеиваясь.