20 глава
В комнату протискивается "малыш" – гора потного мяса, огромный детина с сальными патлами и хищным блеском в глазах. Словно голодный зверь, он облизывает пересохшие губы, жадно ощупывая меня взглядом, и делает тяжелый шаг вперед.
– Ну, привет, куколка, – хрипит он, и в каждом слове клокочет похоть и угроза, словно змеи в его прогнившей душе.
Я молчу, испепеляемая страхом и ненавистью. Но внутри поднимается буря, решимость, рожденная отчаянием. Одним отточенным движением, я достаю из потайного чехла на ноге мой верный нож – тонкую, но смертоносную полоску стали, мою последнюю надежду.
– Что за…? – не успевает договорить этот мерзкий увалень, как я всаживаю нож ему в бедро. Ненависть и ужас мечутся во мне, но я не могу позволить страху поглотить меня. Он взвыл, как раненый зверь, хватаясь дрожащими руками за распоротую плоть. Кровь, густая и темная, мгновенно пропитала его пальцы.
Не давая ему передышки, я набрасываюсь снова, целясь в шею, в его грязную глотку. Он изворачивается, пытаясь избежать неминуемого, но я слишком быстра. Лезвие, словно поцелуй смерти, скользит по его мерзкой коже, оставляя глубокий, кровоточащий след.
"Малыш" рухнул предо мной на колени, беспомощно зажимая рану. Кровь била фонтаном, окрашивая мир в багровые тона. Во мне ничего не осталось, кроме холодной решимости. Я отступаю, оценивая его состояние. Он еще жив , но это не надолго.
– Ты… ты пожалеешь об этом, – прохрипел он, и в его глазах плескался страх..
– Сомневаюсь, – отвечаю я, и с размаху обрушиваю ногу ему в лицо. Он обмяк, рухнув на грязный пол, как мешок с дерьмом.
Теперь нужно убираться отсюда. Амелия… я должна найти Амелию. Жива ли она? В тревоге за ее судьбу я осматриваю комнату, ища выход, спасение. Дверь заперта – конечно, заперта. А в углу немигающим глазом смотрит камера. Самуэль… мерзкий ублюдок Самуэль наверняка наблюдает за мной наслаждается моей болью, но я не позволю ему победить!
– Самуэль! Ты смотришь? – кричу я в объектив, голос срывается от напряжения и ненависти. – Ты думал, что сломаешь меня? Что я позволю тебе сделать со мной то, что ты задумал, чудовище? Ты ошибся! Теперь я иду за тобой, и ты заплатишь за все!
В ярости я подхожу к камере и разбиваю ее рукояткой ножа, разрывая последнюю нить, связывающую меня с его грязными играми. Затем начинаю отчаянно искать способ сбежать из этой клетки, зная, что дверь – это ловушка, и они уже рвутся ворваться сюда.
Подбежав к окну, я выглядываю наружу. Третий этаж… подо мной балкон. Это мой единственный шанс.
С дрожащими руками я хватаюсь за край рамы и перекидываю ноги наружу. Холодный воздух обжигает кожу, словно пытаясь отрезвить меня. Медленно, дюйм за дюймом, я опускаюсь, пока не повисаю на вытянутых руках, чувствуя, как мышцы напрягаются до предела. Страх парализует, но я борюсь с ним, ради себя, ради Амелии.
Собираю последние силы и отпускаю руки. Падение оказывается короче, чем я ожидала. Я приземляюсь на балкон, едва удерживая равновесие. Ноги подкашиваются, но я поднимаюсь.
Балкон пуст, дверь в комнату, к которой он примыкает, закрыта. Дергаю ручку – заперто. Не теряя драгоценного времени, достаю нож и начинаю ковыряться в замке. Каждая секунда тянется, как вечность, пока, наконец, замок не поддается с тихим щелчком.
Я тихонько открываю дверь и проскальзываю внутрь. Комната оказывается спальней, обставленной безвкусно и дорого, словно демонстрируя гниль и пустоту ее владельца. На кровати валяется полупустая бутылка виски, и разбросана одежда. Комната пуста никого нет.
Нужно бежать. Вырываюсь из душной спальни в коридор. Приглушенные голоса, крадущийся топот – они близко, они ищут меня.
Прилипаю спиной к холодной стене, становясь тенью. Амелия… Я должна найти Амелию и вытащить нас из этого ада.
Крадусь, словно зверь, прислушиваясь к шепоту . Голоса нарастают, прорываясь обрывками ,ни говорят обо мне…
"Надо было прикончить ее сразу…", "Самюэль в бешенстве… Приказал найти и…"
Замираю у поворота, выглядывая из-за угла. В конце коридора – стая вооруженных псов.
Резко развернувшись, я, словно тень, скользнула вперед, бесшумно распахивая двери в поисках дочери.
Достигнув перекрестка коридоров, я уловила крадущиеся шаги. Инстинкт хищника мгновенно пробудился. Нож, сжатый в руке, стал продолжением меня самой, ожидая лишь мига для смертоносного броска.
Из-за угла вынырнула мужская фигура. Не теряя ни секунды, я набросилась, ладонью зажав крик в его глотке, а лезвием прочертила багровую линию на шее. Мгновенный удар в сердце поставил точку.
Он рухнул на пол без единого звука. Быстрый обыск – вот он, пистолет. Выхватив оружие, проверила обойму. Полная. Надежда вспыхнула ярче.