После смерти родителей, первые дни были особенно мучительными. Меня сразу же привезли сюда, в приют. Я была потеряна, не могла свыкнуться с мыслью, что их больше нет. Не знала как вести себя дальше, как дальше жить. Воспитатели были строгие, злые, безжалостные. Им было всё равно до наших чувств. Они то и делали, что ругали, били, оскорбляли, унижали нас. А для других людей делали вид, что они заботятся, беспокоятся о нас.
В первые годы жизни здесь, я старалась избегать всех и вся. Всех тех кто приходил смотреть на нас, всех детей в этом месте. Но, рядом со мной всегда был он. Антон. Он из за всех сил старался мне помогать. Всегда ходил за мной по пятам, даже, когда я старалась отстраниться от него. Не сдавался, не критиковал, ни о чём не просил, а просто был рядом. Просто так, безвозмездно. Только ему я могла довериться. Только перед ним я могла плакать, вспоминая своих родителей, а он внимательно слушал меня, и успокаивая нежно гладил по голове. Только ему могла говорить то, что думаю. Он смог открыть меня, благодаря ему я снова чувствовала себя живой, нужной. Смогла полюбить всех детей в этом доме. Если так подумать, я ведь была для него никем, и он был старше меня на год. Он был очень умным и шустрым мальчиком. Ни с кем особо не любезничал, но только рядом со мной вёл себя по-другому. Со мной он был всегда милым и заботливым. Всегда и во всем помогал, порой даже тогда, когда это было совсем не нужно. Но именно этим и стал для меня близким человеком. Он стал для меня самым настоящим старшим братом. Нет, даже больше чем братом. Он был для меня родственной душой. Одним словом, за всё то время, что я проживала здесь он стал для меня семьёй.
Здесь я в основном занималась уходом за маленькими детьми, помогола накрывать на стол, а потом прибираться. Иногда даже сама готовила, когда наша кухарка болела. Занимаясь такими вещами, я чувствовала себя нужной. Конечно, за это, меня никто не стал любить больше, но мне нравилось помогать, просто быть нужной, чувствовать, что я живу не зря, что от меня есть хоть какой-то толк. Хотя делала всё это по-тихому. Хоть и помогала детям, но особо с ними не общалась. Никого близко к себе не подпускала, всех кроме Антона. Антон пообещал мне, что всегда будет со мной, рядом, никогда не оставит, что всю жизнь будет заботиться обо мне. Несмотря на то, что он показывал себя взрослым и ни в ком не нуждающимся, ему ведь, наверное, тоже хотелось иметь семью. У меня хотя бы были воспоминания о родителях, а его оставили сразу же, как только он родился. Родительской любви он не знал, наверное, поэтому проявляет ко мне такую заботу. Наверное, для него, я тоже стала семьёй. Иначе как объяснить то, что он делает?