Отказывалась принимать слова матери, убеждала себя, что она сейчас находится под сильным эмоциональным стрессом…Убеждала, но так и не смогла убедить. Сама понимала, что другого пути у меня нет и быть не может. Я должна перешагнуть черту и ради сестры согласиться на условия Бодрова. Стать его любовницей, женой…Да кем угодно, лишь бы Аня поправилась.
– Артём хочет нам помочь. Он бы мог воспользоваться ситуацией. Но этого не сделал. Этот парень тебе руку и сердце предлагает. Он уважает тебя. А что делаешь ты?
– Мама, мы не знаем его истинных мотивов. Мы, вообще, ничего о нём не знаем. Извини, но доверия мне Бодров не внушает. Есть в нём какая-то необъяснимая загадочность, которая пугает меня.
Мама слегка повеселела
– Милая, он тебя любит. Сейчас тебе тяжело и больно признавать его любовь, но со временем ты поймёшь, что лучшего кандидата в мужья тебе просто не найти.
С сожалением обвела маму взором, и устало присев на край кресла, накрыла ладонями голову и, наклонив её к коленям, немного покачиваясь, ответила, – пусть будет, по-твоему. Я выйду за него замуж. Или стану любовницей. Плевать.
Застыла и, приподняв голову, с ехидной, презрительной ухмылкой посмотрела на маму, которая после услышанного блаженно улыбнулась, но так и не решилась ничего ответить.
– Ты что-то скрываешь?
Мгновение и на лице матери вместо блаженства отобразился неподдельный страх.
– Что за глупости?
– Нет, это не глупости, – уверенно проговорила я и, поднявшись с кресла, ни на секунду не выпуская мать из виду, твёрдым, размеренным шагом начала приближаться к взволнованной женщине. – В последний раз тебя спрашиваю, что ты от меня скрываешь?
– А я в последний раз тебе отвечаю, – мама грозно сверкнула глазами. – Ничего. Перестань меня терроризировать. Я хочу лишь помочь дочери и больше ничего. Не вали с больной головы на здоровую. Прими окончательное, взвешенное решение.
Обречённая улыбка отразилась на моём лице.
– Я не знаю, что мне делать, – удручённо прошептала. – Мне очень сложно и больно. Ты защищаешь свою дочь, но я такая же твоя дочь, как и Аня.
– Это правда. И я желаю тебе счастья. Ты убиваешь себя. Ждёшь человека, который умер. Иван мёртв. Прими это и начинай жить без него.
***
Холодно посмотрела в яркие, хищные глаза Бодрова Артёма Владимировича.
– Добрый вечер, дорогая, – равнодушно произнёс мужчина и с непринуждённым видом отодвинул от себя ноутбук. – У тебя есть ко мне предложение? Может, хочешь, что-то сказать? Или, – он игриво приподнял брови и обвёл меня томным, провокационным взором, – что предложить?
В кабинете повисла гробовая тишина, я слышала, как у меня учащённо начинает биться сердце, ощущала нехватку воздуха…Боль и стыд разрывали несчастное сердце, но делать было нечего, безвыходная ситуация заставляла перейти границы и, переступив через любовь и верность, прийти в руки ненавистного человека.
– Ника, может, ответишь на вопрос. Нехорошо не отвечать на вопросы. Это недостойное поведение воспитанной девочки.
Этот гад продолжал нагло и безжалостно издеваться надо мной. Знал! Прекрасно всё знал. И его забавляла моё унижение. Покорение. Ублюдок. Садист.
– Отвечу, – молниеносно отреагировала я и, отодвинув небольшую лётную сумку, которая тут же сорвавшись сплеча, упала на пол, прямым шагом направилась к хозяину жизни. – Хотя, давай так. Лучше сразу не отходя от кассы, продемонстрирую товар. Чего время на свадьбу тратить. Надо на месте попробовать товар.
Сама не знаю, откуда у меня взялось столько бессовестной наглости, но я напрочь отказалась от всех принципов. Мне было безумно больно представлять, как я выгляжу со стороны… Хотя что там представлять! Так и выглядела… Как проститутка, которая ради денег пришла к богатому мужику и удобно расположившись на рабочем столе очередного перспективного клиента, готовиться оказать сексуальные услуги.