Мама с Яной, как всегда, привезли вкусности: сырокопченую колбасу, холодец, пироги, пирожные и уйму всего прочего, о чем обычно оставалось только мечтать. Семья устроила настоящий пир. Стас налопался так, что трещал по швам. По правилам воспитанникам запрещалось приносить еду с собой в комнаты; все, что привозили близкие, надо было съедать на встрече.
Янка расспрашивала Стаса обо всем: как здесь кормят? Что тут делают целыми днями? С кем Стас дружит? Какие уроки? Мама по большей части молчала, лишь смотрела на Стаса, не отрываясь, как будто хотела насмотреться на много дней вперед.
– А что… папа? ― смущенно спросил Стас после того, как рассказал о своих делах.
Он наивно надеялся, что отец хоть раз приедет его навестить. Именно в этом месте он понял, как нуждается в отце, даже в его нудных наставлениях. Хотелось задать ему тысячу вопросов. Отец умный и опытный, знает ответы на все. Стас надеялся спросить, как ему выжить в этом месте и как не сойти с ума, как победить Резака и забрать иконку. Стас был уверен, что папа мог бы дать хороший совет. Вот бы он был рядом. Вот бы смотрел на Стаса так, как в детстве. Вот бы погладил по голове теплой и сильной рукой. Но отца не было… Навестит ли он Стаса когда-нибудь?
– Он… Снова не смог, у него работа. ― Мама потупила взгляд. ― Но он хотел приехать, честно.
Стас понял, что она опять врет. Отцу просто плевать.
На следующий день на трудочасах, когда бригада Стаса возвращалась после уроков из учебного в жилой корпус, Коля вдруг воскликнул:
– Смотрите, новички! ― и показал в сторону ворот.
За территорией из автобуса действительно выходили парни. Кто-то выглядел затравленным, кто-то, наоборот, вел себя вполне уверенно. Резак со своей шпаной стояли неподалеку и курили. Конечно, они тоже заметили пополнение и разразились привычным гнусным смехом.
– Эй, а вот и свежие булочки! ― крикнул Резак, когда группа новичков проходила мимо. Остальные из его компашки подхватили шутку:
– Чур, мне вон ту, с изюмчиком! ― показал Горбов на пухлого паренька в веснушках.
– А я предпочитаю пирожки с мясом.
– А мне вон ту завитушку с повидлом!
Каждая шутка вызывала всплеск хохота. Многие новенькие еще больше стушевались. Но некоторые ― те, кто держался уверенно и спокойно, ― будто бы и не обратили внимания на выпады старожилов. Один из таких парней, на вид возраста Стаса, услышав идиотские насмешки, вдруг улыбнулся, обнажив темные зубы. Затем он засунул руки в карманы, всем своим видом показывая, что приехал на курорт. Наконец он посмотрел на Резака ― и гордо задрал подбородок.
Стас не мог оторвать взгляд от этого парня. Внутренности сжались, сердце гулко забилось. Он казался удивительно знакомым… И чутье подсказывало: не самым приятным.
Темные зубы, клоунская улыбка, тяжелые веки, из-за которых взгляд казался ленивым и скучающим. Добрые глаза… Где же Стас видел это лицо?
И тут ему будто со всего маху врезали в солнечное сплетение.
Среди новичков был Круч.
Мир «после». Школьный кошмар
1
Папа владел первым и единственным фитнес-клубом в их городке. С каждым годом дела у него шли лучше: все больше людей переезжало поближе к Москве, городок рос, число клиентов тоже. Сам он с детства увлекался разными видами спорта: хоккеем, футболом, плаванием, борьбой. Утро папа всегда начинал с пробежки, к чему приучил и меня. Я обожал этот общий спортивный час. Все остальное время отец разрывался между семьей, работой и друзьями, а в утреннее время принадлежал только мне.
Я гордился папой ― высоким, статным, спортивным. На школьных мероприятиях чужие мамы и учительницы неприкрыто любовались им; я это замечал. Как же я мечтал поскорее вырасти, чтобы быть похожим на папу.
Мама работала из дома, вела бухгалтерию папиного клуба. Она любила читать, заниматься садоводством, готовить и вязать. Даже в интерьере дома преобладал вязаный декор: чехлы на табуретках, чайнике, чашках и цветочных горшках; вязаные коврики и пуфики. Часы на стене и люстра на кухне тоже обзавелись вязаной «одежкой». Подруг у мамы не было, она не общалась с соседями. В доме часто бывали гости, но всегда – знакомые папы. Вообще мама была тихой и довольно закрытой. Не то что он.
Несмотря на загруженность, папа всегда находил время на пару нудных наставлений для меня. Я не особо любил их, ведь в эти моменты со мной будто говорил какой-то незнакомый бизнесмен. Он критиковал все, что я делал. Злился, когда я с чем-то мешкал, учил всюду искать коммерческую выгоду. Мне больше нравился другой, «утренний» папа, который хвалил мои спортивные успехи.