— Давай, клади. А что за струмент? — Сашка взял её гитару, — ух ты… Фирмà… Твоя, что ли?
Наташа кивнула.
— Что за фирма, Саня? — Витька Мазур разливал по пластмассовым стаканчикам добытое Никитой вино, — Девочки, все, кто хочет злоупотребить, поднимаем руки…
— А можно — ноги? — хором прыснули Настя с Дашей.
— Ну, в принципе… — многозначительно окинув взглядом девичьи ножки, Мазур одобрительно кивнул, — Можно!
— «Фрамус», — уважительно сказал Сашка, аккуратно укладывая гитару. Ничё струмент, зачётный… И не дешёвый.
— Это подарок, — ответила Наташа.
— И я б от такого подарка не отказался, — подал голос Никита.
— А у меня ещё пирожки есть, — порывшись в сумке, Наташа достала пакеты с пирожками, испечёнными Светланой Петровной.
— А я-то думаю, откуда печёным пахнет, вроде на столе не было — Сашка протянул руку за пирожком.
— Ешь на здоровье… — улыбнулась Наташка.
— Короче, налетаем! — крикнул Сашка, соорудив импровизированный «стол» между сиденьями.
Ужин в салоне мчавшегося по трассе микроавтобуса был в разгаре. От выпитого вина все раскраснелись, и начался весёлый студенческий балаган. Сняв куртку, Наташа поудобнее устроилась на заднем ряду и, окончательно освоившись, весело болтала с Сашкой, который явно оказывал ей знаки внимания, на которые она отвечала шутками. О розыгрыше в гримёрке Наташа старалась не вспоминать, решив, что своим смущением только воодушевит «шутников» на новые «приколы». Она только изредка смотрела на Диму, боясь признаться себе самой, что в тот момент, когда он был так близко, её сердце сладко замирало в груди…
Откуда-то из-под завалов клади Мазур извлёк акустическую гитару и ударил по струнам — разгорячённая спиртным молодёжь подхватила весёлую песню. Дима сидел молча, держа в руках пластиковый стаканчик. Он едва пригубил, и теперь просто грел вино в руках, бросая в зеркало водителя взгляды на развеселившуюся девчонку с белокурой, наскоро заплетённой косой и большими карими глазами… Девушка весело болтала с парнями, но в её поведении не было ни тени кокетства. «Интересная девочка», — подумал Дима, вспоминая, как она, полураздетая, пыталась разрезать нитки на платье…
— А можно, я сыграю? — Наташа посмотрела на Витьку шутливо-умоляюще. Парень молча отдал ей гитару. Девушка осторожно приняла инструмент и, взяв несколько пробных аккордов, заиграла перебором. Ребята в автобусе притихли… Нежно-печальная баллада лилась из-под тонких пальцев, с удивительной лёгкостью блуждающих по струнам… Дима, облокотившись о спинку, развернулся и, положив подбородок на локоть, как завороженный, смотрел на девушку. Несмотря на весёлое настроение, было в ней что-то особенное, какая-то едва заметная печаль таилась в больших красивых глазах и обаятельной полуулыбке. Ему показалось, что исчезло всё вокруг: и ребята, и девчонки, и гул автобуса… есть только она — белокурая девушка с гитарой и глазами цвета крепкого чая…
Глава 6
Зима подходила к концу. Тающий днём снег к ночи застывал грязными комьями, превращая дорогу в одну сплошную полосу препятствий. Но ночные заморозки снова сменялись дневным пригревом — солнце светило по-весеннему, постепенно растапливая зимние залежи. По утрам, по дороге на занятия, Наташа вдыхала слегка морозный воздух, радуясь тому, что вот-вот окончательно придёт весна. «Там и до лета не далеко… а летом я не буду видеть Диму…» — эта мысль приходила всё чаще и чаще, омрачая весеннее настроение. Они виделись ещё несколько раз после того, как вместе ездили выступать в её родной город. Приветливо кивая ему при встрече, Наташа пыталась поймать ответный взгляд, но кроме простого дружелюбия, она не могла разглядеть в нём больше ничего. Не в пример Диме, Говоров явно был к ней не равнодушен, пытаясь любыми способами обратить на себя её внимание. Отшучиваясь, Наташа думала только о Диме, незаметно вздыхая и грустя. «Ничего… впереди ещё несколько совместных выступлений», — успокаивала себя девушка, вглядываясь в толпу спешащих в университет студентов: а вдруг — он?..
Накануне восьмого марта у девчонок не было свободной минутки. Выступления на корпоративах и университетских вечерах, участия в концертах в городских домах культуры в последнюю, предпраздничную неделю шли одно за другим. Утром седьмого числа Наташе позвонил Бушман и сообщил, что Даша, гитаристка, внезапно заболела.
— Возьмёшь гитару, отыграешь хотя бы сегодня, — произнёс Эдуард Викторович так просто, будто предлагал заменить батарейку в телефоне.