— Про свою, Анечка… про свою… Кое-как успокоилась… А недавно она призналась Миле, что жалеет, что с Димкой порвала, что поняла, что любит его, что ошиблась… Молодёжь, ну что с них взять?.. Ветер в голове.
Слегка опустив голову, Анна Сергеевна искоса посмотрела на Леонида Борисовича:
— Лёня… а чем я-то могу помочь твоему горю?
— Анечка… ты — замечательная мать… Дима тебя уважает и даже слушает, это такая редкость в наше время. Может, ты как-нибудь поговоришь с ним… Ну, ты — женщина, и сама знаешь, какие нужно найти слова… Ну, может, не всё потеряно? Он же порядочный парень у вас… Может, и он Кристинку не забыл…
— Ну, в этом ты прав, Лёнечка, Дима очень порядочный. Но, ты же сам понимаешь, это дело сугубо личное, давить на него я не могу.
— И не надо! Аня, не надо! Ты просто заведи разговор… Ну, что мы, враги своим детям? Ему сколько осталось учиться? Год? А потом — что?..
— Ну, что… ты же знаешь, как музыкантам нынче пробиваться… — Анна Сергеевна, глядя в бокал с вином, многозначительно сдвинула узкие бровки.
— А я о чём? — подхватил Лапин, — Или самому пробиваться, или иметь хорошего спонсора… А? Тем более, у них есть общие интересы, их песни весь город распевает! А можно раскрутить так, что будет петь вся страна. Ты же знаешь, Аня, я ради Кристины ничего не пожалею, — Леонид Борисович недвусмысленно достал кредитку, рассчитался за обед. Он, действительно, очень любил единственную дочь и не обманывал Анну Сергеевну. Единственное, о чём он предпочёл умолчать — то, что после неудачного романа, закончившегося абортом, Кристина пристрастилась к алкоголю. Уговоры не действовали, девушка каждый вечер проводила в обществе бутылки мартини, а то и более крепких напитков, и отец был готов на любые действия, лишь бы уберечь её от алкоголизма… За известие о том, что Кристина всё ещё любит Диму Морозова, Леонид ухватился как утопающий за соломинку.
— Знаешь, Лёня… А я, пожалуй, поговорю с Димой… — Анна Сергеевна задумчиво обводила ложечкой рисунок на скатерти, — всё, что от меня зависит, я сделаю…
— Аня… Я тебе очень благодарен… Ты не представляешь… Только пусть это будет наш с тобой секрет… Ни Миле, ни Саше не будем говорить, хорошо?
— Я поняла тебя, Лёня… Не будем…
Глава 10
— Наташка, прикинь, что про тебя говорят, — увидев вошедшую в аудиторию Наташу, Оксанка с ходу вытаращила свои любопытные глаза, — обалдеть можно!
— Про меня? — уже догадываясь, о чём хочет выпытать подружка, Наташа закусила губу.
— Ага, — взгляд Оксанки становился всё пытливее, — не то слово, что говорят. Весь универ гудит!
— О чём? — старательно пряча улыбку, Наташа подогнула ногу и пристально рассматривала набойку на высоком каблучке сапожка.
— Прикинь? Типа, ты с Морозовым… ну, это…
— Ну, что? — улыбка таки озарила лицо, — Что — это?
— Ну, то… — веснушки подтянулись вместе с поехавшими вверх бровями, — Наташка… Правда?!
— Правда, — смущённо пожав плечом, Наташа опустила взгляд, — если ты имеешь в виду, что мы встречаемся.
— И ты… и ты мне не сказала?! — взгляд из пытливого превратился в обиженный, — Ну, ты даёшь…
— Оксан, мы совсем недавно встречаемся, я сама ещё поверить не могу… А тебе я уже собиралась рассказать, — Наташа заглянула подруге в глаза, — правда…
— А как?! Как у вас всё это… ну, ты понимаешь…
— Не знаю, — Наташа улыбнулась, — всё спонтанно получилось. Я в автобусе гитару забыла, а Дима мне её привёз. Ну, и…
— И — что?!
— И — всё… С этого всё и началось. Нет, конечно, началось раньше… Он мне давно уже нравился. Оказалось, что я ему — тоже.
— Слушаа-а-ай… А у вас, что… всё уже было? — Оксанка не сводила с Наташи своих, величиной с чайные блюдца, глаз, — просто, девчонки говорят, что видели, как вы утром на его машине вместе на занятия приехали. Он что… ночевал у тебя?
— Да, — просто ответила Наташа.
— Слуша-а-ай… А ты не боишься?
— Чего?
— Ну, что он тебя возьмёт, и бросит…
— Боюсь… — Наташка вдруг грустно опустила глаза, — Знаешь, Оксан… Я Диму очень люблю.
— А он?.. Он тебе что-нибудь такое говорил? — затаив дыхание, подружка ждала ответа, — Ну, хоть вслух говорил, что ты ему там нравишься, и всё такое? Или это — только твои догадки?
— Говорил… — Наташа снова улыбнулась, улыбка на этот раз получилась тёплая.
— А что хоть говорил-то? — от нетерпения тон Оксанки становился похожим на тон строгой старшей сестры, — Ой, Наташка… Ты вот такая доверчивая-а-а-а… Хотя, с другой стороны, первый секс с таким парнем хоть запомнится, даже если он и несерьёзно…