Все засмеялись, только Никита едва скривил губы. Поправляя смятое Сашкиными объятиями платье, Наташа мельком посмотрела себе за плечо. Взгляд машинально скользнул по толпе стоящих вокруг людей, и ей на мгновение показалось, что она увидела чьё-то знакомое лицо. Не придав этому значения, она прислонилась к обнявшему её Димке и стала смотреть на сцену, где девочки с хореографического показывали мастер-класс по эстрадному танцу.
— Привет, мальчики, — Лена выросла как из-под земли, держа между пальцами длинную тонкую сигарету, — зажигалка есть?
Достав из кармана зажигалку, Никита поднёс девушке огонь. Театрально затянувшись, Лена насмешливо посмотрела на Наташу:
— Хватит зажиматься, через два номера наш выход. Идём…
Уже стоя на сцене, Наташка вдруг отчётливо вспомнила промелькнувшее женское лицо… Кристина Лапина! Как она сразу её не узнала?.. Наташа ещё раз попыталась вспомнить ту, которую она случайно заметила, но заигравшая музыка заставила сосредоточиться на выступлении.
Пропев первый куплет ритмичной, зажигательной песенки, Наташка подумала вдруг, что она себя не слышит. Колонки, обращённые к зрителям, неясно доносили звук, и девушка не сразу поняла, что случилось. Лишь взглянув на горящий красный огонёк микрофона, догадалась, что в нём слишком быстро сел аккумулятор. Подойдя к краю сцены, возле которого у пульта крутился звукорежиссёр, она ловко бросила ему микрофон, потом вернулась в центр и стала просто танцевать под заводную музыку, вспомнив занятия по хореографии, пока Лена пела одна. Голубое платье оказалось как нельзя кстати — девушка на какое-то время стала центром внимания, изящно поворачиваясь вокруг себя и перебирая красивыми ножками в маленьких, аккуратных туфельках на высоком каблуке в такт музыке.
— Смотри, чего твоя вытворяет, — толкая Диму в бок, восхищённо крикнул сквозь грохот музыки Сашка, наблюдая, как вся студенческая толпа пляшет вместе с хорошенькой девушкой в ярко-голубом платье. Димка и сам не сводил глаз с танцующей на сцене Наташи… Ему ужасно захотелось, чтобы этот вечер поскорее закончился, и они оказались в маленькой квартирке на третьем этаже — только вдвоём… Чтобы можно было снять с неё и это голубое платье, и всё, что под ним… и целовать… и сжимать в объятиях нежное девичье тело…
Когда песня закончилась, Наташке передали заряженный микрофон, и дальнейшее выступление прошло без приключений.
На улице уже совсем стемнело, когда на сцену под визг и вопли разгулявшихся поклонниц вышел «Ночной патруль». Вся студенческая и преподавательская братия весело отплясывала под ритмичную музыку в свете разноцветных лучей, и Наташка, вначале скромно стоявшая недалеко от сцены, в конце концов, тоже присоединилась к знакомым танцующим девчонкам. Сильно подвыпивший выпускник, с лёгкой небритостью и четырьмя серьгами в ухе, несколько раз порывался познакомиться с девушкой, но Наташка каждый раз уворачивалась от назойливого «кавалера». Наконец, решив, что пора подключить «тяжёлую артиллерию», «кавалер» грубо схватил девушку за руку и потянул из круга танцующих, но стоявший рядом Наташин однокурсник Паша Рулёв что-то сказал ему на ухо, показывая при этом на сцену.
— Не понял, повтори, — пьяно потребовал выпускник.
— Видишь, Морозов на сцене? Вот это его девчонка… Будешь приставать, они тебе все… наколотят, — используя ненормативную лексику, сквозь грохот музыки крикнул Паша. Выпускник, старательно фокусируя зрение на сцене, соображал довольно туго, но, видимо, решив не нарываться, отпустил Наташину руку и затерялся в толпе.
— Спасибо! — девушка благодарно улыбнулась Рулёву.
— Не за что, — снисходительно улыбнулся в ответ Пашка.
Честно отработав до полуночи, музыканты сошли со сцены. Отключив аппаратуру и убрав инструменты, ребята задержались возле студии.
— Ну что, по домам? — Витька Мазур с хрустом потянулся, поднимаясь на цыпочки.
— А мне сегодня неохота домой. Сейчас бы с девчонками да в кабак завалиться, — затягиваясь сигаретой, Сашка стрелял глазами по сторонам.
— Тебя ещё на кабак сегодня тянет? — впервые за весь вечер подал голос Никита.
— Угу… Кто со мной? Вить?..
— Да пошёл ты со своим кабаком, — зевая, лениво проговорил Витька.
— Так… Одного товарища потерял. Ник, ты как?