— Понятно…А чего с девушкой не знакомишь? — Женя посмотрел на Наташу.
— Э, брат, тебя с девушками знакомить опасно, сердцееда… Хотя… пусть у Димыча голова болит! — Говоров махнул рукой, — Знакомься — Наташка…
Наташа, которая всё это время стояла в стороне, приветливо кивнула новому знакомому, машинально отметив про себя и его необыкновенное обаяние, и светлую улыбку, и незаурядную внешность: длинные, до плеч, волнистые каштановые волосы, обрамляющие лицо, светло-карие глаза, слегка вздёрнутый, «уточкой», нос и чувственные, красиво очерченные, чуть сжатые губы, которые не оставляли сомнений в том, что прекрасная половина человечества не обделяет его своим вниманием, и что внимание это взаимно…
С той же обаятельной улыбкой Журавлёв кивнул в ответ Наташе, и девушка подумала, что взгляд у него отнюдь не «масляный», каким он должен быть, по её представлениям, у любителей женщин, а, напротив, довольно серьёзный. Поговорив с Сашкой, Женя вытащил из угла сцены электронный ударник, передал его Говорову и вышел из зала.
— Нормальный пацан — Жека… — отбив ладонями на пробу ритм, сообщил Саша, — Чё на басухе вытворяет! Да не только на басухе…
— А ты откуда его знаешь?
— О, лучше не спрашивай… Не для твоих интеллигентных ушей будет сей рассказ… — Сашка многозначительно посмотрел на Диму.
— Понятно… Водка — толпами… Девчонки — литрами…
— Ну, где-то так… Чё, Димон, пробуем? А то уже половина седьмого, скоро твои подъедут…
Войдя в зал, Анна Сергеевна первым делом придирчиво осмотрела накрытые столы, потом обернулась к спешащему навстречу ей и Александру сыну:
— Димочка, здравствуй, родной!
— Привет, родители! — Димка обнялся с отцом и матерью, обернулся к стоявшей в стороне Наташе, — Наташ, иди сюда…
Сделав вид, что что-то вспомнила, Анна поспешно вышла в соседний зал…
— Наташенька, рад, очень рад тебя видеть! — Александр же, напротив, приветливо обнял девушку, потом, увидев Говорова, крикнул, — Сашка, а ты чего там стоишь, как неродной, иди, тёзка, поздороваемся!
Гости прибывали, и Морозов-старший не успевал отвечать на поздравления бывших одноклассников, однокурсников и сослуживцев. Увидев среди приглашённых Леонида Лапина с женой, Дима не удивился — всё-таки друзья семьи, но когда в зал вошла Кристина, неприятный холодок пробежал по спине. Переглянувшись с Говоровым, Димка покосился на Наташу — девушка стояла рядом и от волнения крепко сжимала его пальцы. При виде бывшей Димкиной невесты почему-то опустила длинные ресницы и незаметно вздохнула…
После того, как гостей рассадили, оказалось, что свободное место возле юбиляра — одно, и ребята уселись в дальнем конце стола, поближе к эстраде, чему Наташа была несказанно рада — ей совершенно не хотелось сидеть рядом с Анной Сергеевной. После первого тоста, дав гостям немного погреметь вилками и ножами, тамада снова взял слово:
— А сейчас — неожиданный сюрприз… Прошу внимания! Все присутствующие знают, что у нашего дорогого именинника есть очень талантливый и знаменитый в нашем городе сын. Но сын этот не только талантливый, он ещё и очень любящий, и заботливый! И сейчас вы сами всё увидите и услышите. Дима Морозов со своими друзьями поздравляет отца! Прошу!
Гости с нескрываемым любопытством наблюдали, как троица молодых людей занимала места на эстраде. Наташа в своём голубом платье, как всегда, оказалась в центре внимания: все мужские взгляды были прикованы к ней, но она держалась на удивление спокойно и естественно — как обычно, когда она выходила на сцену. Скромная, где-то даже робкая в жизни, на сцене Наташа смелела и становилась совсем другой — то весёлой, то задорной, то грустной, в зависимости от того, что ей приходилось исполнять. Стараясь не думать, что на неё смотрят и Анна Сергеевна, и Кристина, и ещё пятьдесят жующих и выпивающих гостей, она знала, что нужно хорошо отыграть песню для человека, который принял её всем сердцем — для Диминого отца, а, значит, и для самого Димы.
Эту песню Дима написал на одном дыхании, в любимом отцовском дворовом стиле, облагородив простенькую мелодию неплохой аранжировкой, и теперь искреннее исполнение дуэтом с Наташей окончательно растрогало родительское сердце. Спев ещё несколько любимых Морозовым-старшим песен, молодёжь ушла со сцены под громкие аплодисменты уже изрядно подвыпивших гостей.
Пока ребята пели, Леонид Лапин пристально наблюдал за Наташей — как она держится, как смотрит на неё Дима, как она сама бросает на него взгляды… Он смотрел и понимал, что не всё так просто, как представлялось вначале. Со стороны Дима с Наташей выглядели, как герои сказки со счастливым концом, этакие прекрасные принц и принцесса, к тому же, их дуэт казался профессиональным: нежный Наташин голос удивительно красиво звучал на фоне Диминого голоса… Украдкой взглянув на Кристину, Лапин нахмурился, но потом взял себя в руки и, лениво хлопнув пару раз молодым артистам, взял в руки бокал…