— Дим… — опустив в темноте глаза, Наташа замялась, как бы подбирая нужные слова, — а вот… чем опытные женщины отличаются от… ну, неопытных?
— Ну, чем… Опытом, наверное… — Дима улыбнулся.
— Я серьёзно.
— Ну, и я серьёзно. Наташка… Правда, не знаю. Я знаю только, чем любимые женщины отличаются от всех остальных, независимо от опыта. А почему ты спросила?
— Просто… — Наташа едва заметно вздохнула, кровь прилила к щекам, — Знаешь, чего я боюсь больше всего на свете?
— Чего?
— Что ты меня бросишь…
— А что, уже пора?
— Да ну тебя…
— Ты ещё такой ребёнок…
— Это, наверное, плохо?
— Да ужас просто…
— Как всегда… — с лёгким оттенком грусти произнесла Наташа, — Шутишь…
— А, хочешь, поедем сейчас ночевать в одно очень романтичное место?
— Это куда?..
— На нашу дачу, тут как раз недалеко — километров пять. У меня там своя комната под самой крышей.
— Нет, что ты… там же твои родители… И их друзья, — Наташа посерьёзнела, вспомнив Анну Сергеевну, Лапиных и Кристину, — Нет, Дим…
— Они уехали, скорее всего.
— Давай, лучше домой.
— А зря… — снова перебравшись на водительское место, Дима включил зажигание, посмотрел на доску приборов, — Так… кажется, приехали… Вот дурак…
— Что случилось? — тревожно спросила Наташа.
— Бензин выездили. Надо было заправиться сначала, а я ушами прохлопал.
— А что же делать?
— Попробуем хоть до дачи дотянуть…
Проехав около двух километров, машина окончательно заглохла, так и не дотянув до дачного посёлка.
— Ну, вот… всё-таки придётся идти.
— А как же машина? — спросила Наташа.
— Ну, как-то так… Здесь связи нет, нам в посёлок идти в любом случае придётся. Дойдёшь?
— Дойду… — обречённо ответила девушка.
— Второй раз за сутки иду пешком по этому шоссе, — взяв Наташу за руку, Дима уверенно шагал по ночной дороге, — только сейчас вообще машин нет — глухое направление.
— Дим, а точно твоих нет на даче?
— Даже если бы и были, мы ведь домой идём.
— Это ты идёшь домой. А я боюсь…
— Так… Пришли, кажется, вот указатель… Сильно устала?
— Не-а…
— Потерпи, уже недалеко.
— А у тебя ключи-то есть?
— Есть… А, если бы и не было, я знаю, как пробраться, — Дима засмеялся, — ты по стенкам лазать умеешь?
— Нет…
— Ну, вот тебе первое отличие неопытной женщины от опытной. Опытные — они, знаешь, как по стенам лазают!
— Ди-и-и-м… Ну тебя, — она рассмеялась из последних сил.
— Ну, вот, пришли… Та-а-ак… А тут, оказывается, кто-то есть, — Дима повернул ключ, и вмонтированная в большие металлические ворота дверь открылась: на участке, недалеко от входа, под луной блестел чёрный «мерседес» Лапина, — Ну, что поделаешь, мы тоже спать хотим. Идём…
— Идём… — Наташе было уже всё равно, она так устала, что ей хотелось только одного — лечь и уснуть.
Пройти незамеченными к лестнице, ведущей наверх, им не удалось: в небольшой гостиной на первом этаже горел свет, там явно кто-то был. Заглянув в двери, Дима слегка растерялся: Анна и Леонид вдвоём сидели за небольшим накрытым столом… Лапин, в расстёгнутой рубашке, довольно откровенно развалившись в кресле, видимо, что-то рассказывал женщине, но, увидев неожиданных гостей, замолчал. Анна испуганно поправила разъехавшиеся на груди полы домашнего халата.
— Дима?! Ты откуда?..
— Мы, мам… Я не один. А где отец?
— Папа?.. — Анна слегка замялась, — Папа наверху… спит… А мы с Леонидом беседуем. А ты с кем?
— Я с Наташей, у нас машина заглохла по дороге, мы пешком пришли.
— Да-да… Тогда ужинайте и отдыхайте, — явно смутившись, Анна даже не выказала недовольства, напротив, вышла в прихожую и гостеприимным жестом пригласила Наташу войти, — мы сегодня решили не возвращаться в город, только Мила с Кристиной уехали.