— Цена этого кокаина на черном рынке двадцать миллионов франков, — сказал Клайв. — Баллетер нажил бы на нем целое состояние, сумей он получить свою долю от этой сделки.
— Что ж, Клэр, наверное, уже и растратила не меньше! Ее наряды были сказочны, не говоря уже о драгоценностях.
— Интересно, они у нее сохранились?
— Не думаю, если Рори так погорел. — Молли глубоко вздохнула: — Тем не менее я чувствую себя виноватой. Если бы я смогла ее предупредить!
— Так ведь они же успели улизнуть!
— Верно, но я не могу избавиться от мысли, что она, возможно, считает, будто я с тех самых пор отвернулась от нее!
Я писала ей в Баллетер-хаус, но ни разу не получила ответа.
— Возможно, их там сейчас нет.
— Бог знает, где они сейчас! — Молли снова вздохнула. — Где они и что делают. Но я всем сердцем чувствую, все идет не так, как хотелось бы Клэр.
— Я никогда не понимал, как Клэр, такая славная молодая женщина, могла выйти замуж за Рори Баллетера! Самовлюбленный, испорченный эгоист, авантюрист чистой воды!
Молли кивнула, соглашаясь:
— Мужчины его сорта слишком много требуют — я имею в виду от женщин. Считают себя неотразимыми и ожидают поклонения.
— Так Клэр ему поклонялась?
— Ну да… Она была смертельно уязвлена, когда обнаружила, что никакого строительства не ведется. Думаю, она подозревала, но не ожидала, что все станет настолько очевидно, а то, что рядом оказалась и я, еще больше усугубило ее унижение.
— И все же Клэр вернулась к Рори.
— Понятно почему… Этот тип умеет удержать ее при себе. — Молли поднялась со своего лежака. — Ну а теперь пойду-ка и справлюсь, может, они в Баллетер-хаус…
Однако сердитый голос с шотландским выговором грубо ответил ей в трубке, что лорд и леди Баллетер путешествуют по Европе и неизвестно, ни где именно, ни когда они возвращаются домой.
«Где же ты, Клэр? — думала Молли — Во что теперь ввязался твой супруг?» Она никак не могла отделаться от ощущения, будто что-то с Клэр не так; оно возникло у Молли с тех пор, как ее письма — а их было два, не одно, как она сказала Клайву, — остались без ответа. Это на Клэр не похоже. Она была весьма аккуратной, неизменно пунктуальной, если обещала, слово сдерживала всегда. Пару раз, когда вынуждена была минут на пять запоздать на встречу с Молли, непременно звонила по телефону, предупреждала. Клэр, какой представляла ее себе Молли, посчитала бы верхом невоспитанности не ответить на письмо; на два письма — верхом неприличия. Молли могла дать случившемуся лишь одно объяснение: Клэр ее писем не получала. «Странное дело! — думала Молли. — Как это могло произойти?» Клэр дала ей номер телефона в Шотландии, сказала, что, если им придется оказаться там, пусть непременно позвонят или заедут, не то она обидится. И тогда Молли позвонила в замок Драммонд и попросила к телефону леди Драммонд. Мать Клэр обрадовалась звонку Молли:
— Клэр столько мне рассказывала про вас, говорила, какая вы замечательная подруга!
— Собственно, поэтому я и хочу наладить с ней контакт. — Тут Молли объяснила, почему ей пришлось спешно уехать из Парижа.
— Как я вас понимаю! — сочувственно сказала Марго Драммонд. — Мой муж вот уже столько времени хворает, не то бы я непременно кинулась в Европу повидаться с Клэр.
Я не имела от нее известий почти месяц, это так на нее не похоже. Обычно она пишет мне регулярно и часто.
«Так я и думала!» — промелькнуло в мыслях Молли, и она как бы между прочим спросила:
— Где же они сейчас?
— Понятия не имею! Они нигде подолгу не задерживаются. Сначала были в Риме, затем в Милане, потом в Канне, а последнее от нее письмо я получила из Ниццы. Видно, моему зятю не сидится на месте.
— Ну что ж, возможно, я наведаюсь к ней! — весело сказала Молли. — Ривьера — местечко небольшое, а те, кого журналы именуют «высший свет», обычно сосредоточиваются в определенных местах.
— Прошу вас, если вы с ней встретитесь, напомните, что у нее есть семья, которая с радостью получила бы от нее весточку! — просто сказала Марго Драммонд.
— Непременно усажу ее писать письмо! — заверила ее Молли.
И вот, перелистывая журнал «Jours de France» месячной давности, Молли наткнулась на фотографию, изображавшую какой-то коктейль-парти в загородном клубе Монте-Карло.
Среди улыбающихся лиц Молли разглядела и физиономию Рори Баллетера. Клэр видно не было. «Вот они где!» — подумала Молли и ринулась к телефону. Однако ни в одном из отелей княжества Баллетеры не значились и даже не ожидались; все отели были переполнены в связи с грядущими гонками «Гран-При Монако», которые должны были состояться на будущей неделе. «Вот оно! — решила Молли. — Вот оно, излюбленное поле деятельности Рори Баллетера!» И действительно, на торжественном коктейле, состоявшемся в «Отель де Пари», куда Клайв по ее просьбе получил приглашение, Молли увидела Рори. Он стоял в центре одной из веселых, нарядных компаний, состоявшей из мужчин, окутанных сигарным дымком и флером дорогих лосьонов и увешанных драгоценностями женщин в самых модных туалетах.
Клэр среди них не было. Наблюдая за Рори через зал, Молли отметила, что он привлекал к себе внимание женщин. Причем до такой степени, что дама, с которой он был, метала злобные взгляды в каждую, которая пыталась внедриться в контролируемое ею пространство. Рори был ярок, блестящ и явно при деньгах. Он светился улыбкой, то и дело смеялся. Даже на расстоянии чувствовалось, какой яркой электрической вспышкой загорались его голубые глаза. «Что ж, рада, что ты счастлив! — думала Молли. — Но где же твоя жена?» И она решила это узнать. Молли выжидала, подбираясь все ближе и ближе к Рори, и вот наконец его взгляд, постоянно блуждавший по залу, наткнулся на нее; он не мог ее не заметить. На какую-то долю секунды улыбка застыла на лице, ресницы заморгали, но вот уже Рори устремился к Молли, расплываясь в обаятельной улыбке, протягивая навстречу руку.
— Боже, кого я вижу, Молли Хоэр-Браун! — восторженно произнес он.
— Давно не виделись! — сказала Молли, пожимая ему руку.
— Ну как же, целый год, с Парижа…
— Да, мне пришлось спешно уехать! — Эта фраза не повлекла за собой никакого вопроса; внимательный, пытливый взгляд последовал взамен. — У отца случился удар.