Я долго не могла уснуть, ворочаясь в кровати. Всё думала, думала. Саша в стрессе. Я теперь тоже.
Идея пришла сама собой. И теперь я не могла уснуть от трепыхания сердца в ожидании реакции своего ребенка на сумасшедшую авантюру его матери.
35
Алина
В окно пробивался яркий солнечный свет, коварно скрывая зимний холод, который непривычно царил в середине декабря. Я зажмурилась и сквозь тягучую дымку сна услышала топот маленьких ножек. Сашка привычно залез ко мне под одеяло и в доверчивых детских объятиях прижался ко мне всем телом. Нет ничего желаннее и важнее для мамы, чем такие моменты. Я улыбнулась и, смахнув ворох одеяла, поцеловала пушистую макушку.
— Доброе утро, мой сахарочек, — нежно протянула я.
— Доброе утро, мамочка, — ответил детский голосок.
Мы немного молча полежали и я наконец сказала то, что крутилось на языке с ночи.
— Саш, ты помнишь, я тебе про Москву рассказывала?
— Да, там красиво.
— Верно. А сейчас перед Новым годом там просто сказочно красиво, — мечтательно произнесла я.
— Ага.
— А хочешь, мы с тобой поедем и посмотрим на эту красоту?
Сказала, а у самой сердце ускорилось и голос дрогнул. Сашка даже из-под одеяла вылез. А глаза-то как загорелись.
— Только мы с тобой? — воскликнул сын.
— Только мы с тобой, — усмехнулась я и провела по спутавшимся за ночь волосам. — На поезде.
— На поезде? — громкость голоса ребёнка росла вместе с его восторгом.
— Ага.
— Ура! — закричал Сашка и, подпрыгнув на кровати, выбежал из комнаты с криками, — Деда! Бабушка! Мы с мамой едем в Москву!
Моё сердце, как заведенное, барабанило в груди то ли от счастья, то ли от неясного мне волнения. Просто неожиданно в мою дурную голову пришла шальная мысль об этой поездке и застряла там, требуя воплощения в жизнь.
И вот мы стояли на перроне в ожидании поезда. Сашка в восторге рассматривал другие поезда и с нетерпением ждал нашего. Сейчас его не напрягало даже присутствие Вовы, хотя за неделю совершенно ничего не изменилось. Я больше не трогала сына с распросами. Решила, что смена обстановки нам обоим обязательно поможет.
Вова мою идею воспринял не так тепло, как Сашка. Даже, я бы сказала, очень холодно.
— Что ты там будешь делать одна? — возмущался он.
— Я буду не одна, а с Сашкой, — пожала я плечами.
— Тем более! — ухватился за ниточку Вова. — За себя не переживаешь, о ребенке хоть подумай!
— Так я о нем и думаю! — не выдержала я. — Нам обоим пойдет на пользу отдохнуть, развеяться, погулять по нарядной Москве.
— Ну и гуляли бы тут, чем тебя не устраивает наш город? — негодовал Вова.
— Всем! Мне здесь тесно! Я хочу хотя бы ненадолго в Москву и точка!
— Подожди немного, — сбавил он обороты, — У меня будет отпуск, поедем вместе, как семья.
Почему-то эта идея мне совсем не понравилась и я взорвалась, как это обычно между нами бывает.
— Я. Поеду. Одна. С сыном. Ясно?.
Дальше разговор оборвался. Все мои возмущения утонули в диких, сумасшедших поцелуях, огненных грубых ласках и крышесносном сексе.
Но решение моё не изменилось. Поэтому мы стояли на холодном, чуть припорошенном снегом перроне и весело встречали, манящий своим ярким огнем, поезд до Москвы.
Прощание вышло скомканным. Сашка был поглощен эмоциями и рассматривал апартаменты купе изнутри. Я призналась себе, что меня совсем не огорчает надвигающаяся разлука с почти женихом. И это красным сигналом маячило где-то на подкорке сознания. А вот Вова выглядел потерянным. Я впервые видела его таким. Даже жалко его стало.
Поезд тронулся, и я наконец-то смогла выдохнуть. Будто именно это мне и было нужно так давно, а я не понимала. И чем дальше мы были от города, тем свободнее и живее билось моё сердце.
Безусловно поездки с маленькими детьми утомительны и сложны. Но глядя на счастливое личико Сашки, у меня словно открывалось второе дыхание и вырастали крылья за спиной. Все трудности становились решаемыми, а проблемы надуманными.
После заселения в гостиницу, мы немного отдохнули, пообедали и отправились знакомиться со столицей нашей Родины. Так как ребенку сложно бы дались длительные путешествия, я заранее распланировала наши прогулки и поездки так, чтобы нам обоим было комфортно. За три дня где мы только не были. Я думала, что мой ребенок утомится и сдуется. Но нет. Он, как стойкий оловянный солдатик, выдержал все мамины издевательства. Ну ладно, я была очень бережлива и чутко следила за состоянием ребенка.