Горло саднило после вчерашнего, а сейчас еще и пересохло от нахлынувших эмоций. Рома взял меня крепко за руку и повел в указанную мной сторону. Наверное, нужно было вырвать свою ладонь из плена, но видит Бог, я не могла этого сделать. Даже такой невинный жест заботы и внимания со стороны Ромы теплом разлился в груди, учащая и так разогнавшийся пульс.
В небольшом кафе было уютно и тепло, хоть я вовсе и не замерзла. В помещении царила новогодняя атмосфера, напоминая о самом волшебном празднике в году. Рома сел за столик у окна и сделал заказ, пока я отправилась в уборную, чтобы убедиться в качестве своей маскировки.
Достала косметичку и освежила тон подрой, тщательно пряча красноту скулы. Помадой скрыла маленькую ранку в уголке губ. Расправила волосы, уложив их по плечам, чтобы даже при неудачном повороте головы не открылся вид на ярко горящую шею.
Из-за волнения я покрылась испариной, от чего горловина свитера стала неприятно колоть воспалённую кожу. Я оттянула ворот и подула прохладным воздухом. Стало легче. Но на долго ли?
Больше я не могла задерживаться в уборной. И так провела там много времени. Каждый мой шаг отдавался звоном в ушах, накаляя и без того натянутые нервы. Рома смотрел в окно, но стоило мне появиться, его темный взгляд вперился в меня, выбивая из легких весь воздух. Мне стало еще жарче, по позвоночнику скатилась капелька пота, а шею обожгло с новой силой. Но я не могла развернуться и опять спрятаться в уборной. Поэтому собралась с силами и продолжила идти к столику, где сидел Рома.
Напряженная, я опустилась на стул под его внимательным, изучающим взглядом. Казалось, он видит меня на сквозь, читает, как открытую книгу. Рома молчал, вынуждая меня первой начать разговор.
— Как ты здесь оказался? — от волнения мой голос звучал жалко.
— Приехал к вам, — твердо произнес Рома, продолжая сверлить меня взглядом.
У меня перехватило дыхание. То есть вот так просто. Захотел и приехал к нам. Как самонадеянно. Я не заметила, как начала закипать.
— Ты слишком долго собирался, не находишь, — холодным тоном произнесла я.
— Согласен. Я очень виноват перед вами, — в голосе Ромы отчетливо послышалась боль и я немного сбавила обороты.
Очень кстати принесли чай с десертом. Есть я не хотела. А вот горло сильно саднило, хотелось выпить что-то теплое, иначе скоро совсем не смогу говорить. Пока чай был горячим, и я продолжила терпеть боль в горле.
— Для Саши будет большим ударом узнать отца и снова потерять его, если вдруг…
— Этого не случится. Я теперь всегда буду рядом, — он сказал это с такой уверенностью, что мне безумно захотелось ему поверить.
— Как? Жить на две страны невозможно…
— Через месяц у меня заканчивается контракт и я вернусь в Россию. Навсегда, — твердо заявил Рома. — Расскажи мне о нем. Какой он, что любит? Я хочу знать о нём всё, — воодушевленно попросил он.
— Так в двух словах и не расскажешь, — я опустила взгляд на такой желанный сейчас напиток, от которого исходил манящий аромат и завораживающий пар. — Сашка, он замечательный. Очень смышлёный, добрый, любознательный и открытый, — улыбка сама собой расцвела на моём лице.
Рука Ромы неожиданно накрыла мою. Я вздрогнула и подняла взволнованный взгляд. В душе затрепетали бабочки, едва касаясь моего сердца своими невесомыми крылышками. Рома провел большим пальцем по коже, немного отодвигая край рукава свитера. А я окаменела. Страх, что он увидит синяки и кровоподтёки сковал меня невидимыми цепями. Шею снова опалило нестерпимым жаром. Я нервно вырвала свою руку и неконтролируемо слегка оттянула воротник, запустив к воспалённой коже прохладный воздух.
— С тобой всё в порядке? — Рома взволнованно всматривался в моё лицо.
— Да, — просипела я и схватила кружку с чаем.
Но лучше бы я этого не делала. Глотнув, казалось бы, живительный напиток, я тут же закашлялась, как старый дед. Горло еще сильнее обожгло. Чай был нестерпимо кислым, что оказалось непоправимым ударом, для моего и без того травмированного горла. Кажется, это был мой некогда любимый чай с облепихой и апельсином.
Рома тут же исчез, а через несколько секунд вернулся со стаканом воды. Пока я пыталась выпить хоть немного воды в перерывах между приступами кашля, даже не заметила, что мой телефон на столе начал звонить. Я же так и не выключила его.
Когда, наконец, мне стало немного легче, я встретилась с горящим яростью взглядом Ромы. Он смотрел не на меня. А на имя, которое высветилось на экране моего мобильника.
— Кто такой Свиридов Владимир? — сухо, и немного нервно спросил Рома.