Сука! Я убью его! Разорву на части собственными руками.
В Москве мы оказались быстрее, чем я планировал. Адреналин в крови гнал меня, как дикого мустанга. Алина и Сашка давно проснулись и много болтали, периодически пытаясь вовлечь меня в разговор. Но я был чернее тучи. В ушах стоял шум, заглушая даже звонкий голосок сына. Челюсти сжались до зубного скрипа. И только дорога заставляла держать эмоции под контролем, чтобы без происшествий доехать до моего дома.
Я знал, что продуктов там нет от слова совсем, поэтому по пути мы заехали в супермаркет. Ходили по рядам магазина, закидывая в тележку всё, что попадалось под руку. Эта семейная атмосфера немного остудила мой пыл. Алина с подозрением посматривала на меня, увидев перемены в моем настроении, но Сашка резво перенимал ее внимание на себя, весело бегая по рядам. Вот, кто был в хорошем настроении. Выспался в дороге и теперь энергия била через край.
Набив полную тележку, мы пошли на кассу. Ожидаемо, Алина собиралась оплатить покупки сама, но я не дал. Она уже было хотела разозлиться на меня, но встретив тяжелый взгляд, вдруг стушевалась. Неужели я настолько страшно сейчас выгляжу. И, будто читая мои мысли, снова оттянула воротник. А я бросил пронзительный взгляд на ее шею. Сейчас мне не было ничего видно, но теперь я знал, что там. И, кажется, Алина догадывалась, потому что она изменилась в лице. Ее взгляд стал затравленным и метался повсюду, лишь бы не смотреть мне в глаза.
От магазина мы доехали за пять минут и за несколько приходов я занес все вещи и покупки, пока Алина и Сашка осваивались на новом месте.
— Тут давно никого не было. Прости. Пыльно, — оправдался я.
— Ничего, уж с пылью я смогу побороться, — отшутилась Алина.
— А есть кто-то, с кем не смогла? — осипшим голосом, спросил я.
Алина осеклась и замялась, оттягивая на этот раз рукава ниже, к самым пальцам. Я перевел пристальный взгляд с ее испуганных глаз на руки.
— Мам, а можно я сегодня буду с папой спать? — звонкий голосок разрезал тишину, повисшую между нами.
— Сынок, папе нужно ехать… — ее голос дрогнул.
— Конечно, родной. Пойдем. А мама пока искупается с дороги. Смоет ненужную косметику, — я перевел на Алину тяжелый взгляд, а она, не выдержав, отвела свой.
— Ура! Папа, пойдем, — Сашка схватил меня за руку и увел за собой в комнату, — Почитаешь мне сказку?
— Конечно. Где твоя любимая книжка?
46
Алина
Он всё знает. Точно знает. Это читалось в его темных, как грозовое небо, глазах.
Я стояла полностью обнаженная перед зеркалом и рассматривала своё тело. От свитера воспаленная кожа стала еще краснее. Без косметики на скуле тоже алел след от руки Свиридова. А ранка на губе предательски лопнула, когда я нервно стирала помаду с дрожащих губ.
Теплые струи воды, немного успокоили саднящую кожу, но не душу. Там был полнейший хаос. Жизнь так кардинально изменилась за короткие сроки, что я не успела подготовиться к ним. Рома вдруг был таким заботливым, теплым и нежным ко мне и Сашке, что я плавилась изнутри, а все мои барикады рушились под его чувственным, проникновенным взглядом.
Я провела в ванной не меньше часа, надеясь, что Сашка уснул, а Рома уехал. Ведь я совершенно не знала, как себя с ним вести. Тем более если мы останемся наедине.
Я надела халат, прикрывая руки, и рассыпала по плечам волосы, пряча за ними шею и скулу. Тихо открыла дверь и только сделала шаг через порог, как неведомая сила вернула меня обратно. Дыхание резко сбилось, а сердце заколотилось где-то в горле. Рома плотно прижался ко мне, удерживая за талию, и не давая упасть или споткнуться. Его лицо было так близко к моему, что я ощущала его дыхание. А кожей, в миг ставшей чувствительнее, сквозь слои ткани ощутила его напряжение и мощное биение сердца.
Остановившись посреди ванной, Рома разжал свои крепкие объятия и сделал шаг назад, продолжая испепелять меня горящим взглядом. Его правая рука медленно приблизилась к моему лицу, и невесомо убрала волосы назад. Острый, как бритва, взгляд переместился к скуле, затем опустился ниже, где ярко сияли кровоподтеки и следы от мужских пальцев.