Снова я испытал то, что чувствовал тогда в ванной, когда рассматривал следы от рук этого урода на нежной коже любимой женщины. Ярость забурлила в венах, требуя выплеснуть ее на виновника этой боли. Только вот моей вины было не меньше.
— Не плачь, родная. Этого больше не повторится никогда. Обещаю.
Тогда я еще не знал, что не смогу сдержать это слово. Если бы только знал, не ждал бы истечения срока контракта. Плевать было бы на милионные убытки. Надеялся, что успею, что всё под контролем. Собирал компромат и готовил для Свиридова грандиозную подставу, чтобы посадить этого подонка надолго. Но где-то просчитался. Чего-то не учёл. Или кого-то.
49
Алина
В душе было так тепло, словно неожиданно наступила весна. Мне хотелось петь, танцевать и всё время улыбаться. Хоть мы с Ромой и не говорили о будущем, но я чувствовала, что мы теперь вместе. Это было так непривычно, но в то же время очень желанно.
На следующий день после отъезда Ромы, в его квартиру пришли люди из ЧОПа и установили две тревожные кнопки, чтобы в случае чего, я могла позвать на помощь. Во дворе всегда дежурил человек в машине. Не один. Они сменялись. Я не понимала зачем была нужна такая охрана, но спорить с Ромой не стала. Мне это никак не мешало, а если ему так спокойнее, то я не против. Мне очень льстила его забота о нас. Значит мы действительно ему дороги. Хотя я не думаю, что Свиридов еще появится в нашей жизни. Он конечно подонок, но не станет же он выслеживать меня. Да и зачем? Наверняка уже и забыл обо мне.
Работала я тоже пока дистанционно. Опять же, Рома настоял. Но Павел был с ним согласен. Я даже однажды хотела приехать в офис, Сашку бы оставила Кате. Но Павел запретил. Сказал, чтобы никуда не ходила. Максимум — детская площадка во дворе и магазин. Я бы наверное возмутилась раньше, но сейчас волновалась больше за сына. Поэтому решила, что месяц как-нибудь посижу в этой уютной клетке. Что тут уже осталось.
Но я, конечно лукавлю. Время тянулось медленно. Всё потому что я, точнее мы с Сашкой, очень скучали по Роме. Всего за день, проведенный вместе, я успела привыкнуть, что он рядом. И теперь без него всё было не так.
Родители часто звонили, волновались обо мне. Сначала даже звали обратно. Они то не знали, почему мы уехали. А потом через время и звать перестали. Наверное поняли, что мне тут хорошо. Мне и впрямь было очень хорошо. Ровно до того дня, когда на пороге появилась она.
Когда в дверь позвонили, мы с сыном делали очередную открытку для папы Ромы. Сашка до сих пор был под впечатлением, что его папа «нашёлся». Я сразу почувствовала что-то не ладное. Медленно шла к двери, оглядываясь на сына. Тот увлечённо клеил на бумагу вырезанные мной фигурки и не замечал напряжения, повисшего в воздухе. Я осторожно посмотрела в глазок и увидела ее. В шубке, платье и на каблуках. Дорого, красиво, шикарно. Но у меня ее вид вызвал тошноту от приближающейся паники. Я боялась не ее, а того, что она будет говорить.
Промелькнула мысль не открывать, но громкий звук звонка повторился. Глупо прятаться. И я всё же открыла дверь, коснувшись холодной ручки вдруг ставшей влажной ладонью. Сердце взволнованно заколотилось в груди, увеличивая градус моей паники.
— Ну здравствуй, — окинула она меня брезгливым взглядом. — Я Диана — невеста Ромы.
Я никак не реагировала на слова этой пусть и красивой, но совершенно неприятной особы. Конечно, меня задело то, что она сказала. Но я старалась не подавать виду.
Я не собиралась впускать ее в квартиру, но в этот момент неожиданно меня отвлек сын.
— Мам, я правильно приклиел? — спросил он.
Стоило мне повернуться к ребенку, как эта наглая девица протиснулась в квартиру. На мой гневный взгляд она всего лишь хмыкнула и стала осматриваться. Первое, что пришло мне в голову, она здесь раньше не была. И эта мысль меня немного подбодрила.
— Сынок, иди в комнату, я скоро вернусь, — сказала я максимально доброжелательным голосом, чтобы Сашка не испугался, потому что по вгляду ребёнка я сразу поняла, что эта женщина и ему тоже не нравится.
— Я смотрю вы тут хорошо устроились, — едко выплюнула она, окатив нас с Сашкой колючим взглядом.
— Что тебе нужно? — спросила я, скрестив руки.
— Чтобы ты со своим сыночком свалила из нашей с Ромой квартиры, — не скрывая ненависти сказала Диана. — И из жизни тоже. У нас скоро родится ребенок, а ты, — она ткнула в меня пальцем, — Мешаешь нам.
В моей груди разгорелся пожар. Сердце колотилось так, что казалось его слышно не только мне. Не смотря на жар внутри меня, снаружи я будто покрылась тонким слоем льда, который вызывал покалывание на чувствительной коже. Но я из последних сил старалась сохранять самообладание.