– Должно быть, – я киваю. – Но я, как и Илья, брал академ. Мы были в аренде один сезон, но в разное время, в другом клубе, следовательно, в другом городе. Потом нас вернули и окончательно утвердили в состав «Ястребов».
– А разве не проще было учиться на заочном?
– Зачем? Если универ идет на уступки.
Блондинка качает головой, но уголки ее губ все равно слегка приподнимаются.
– Понятно.
Даша отворачивается к окну. На улице уже стемнело, зажглись уличные фонари и гирлянды. Я тупо пялюсь на профиль девушки, сидящей напротив меня. Ее бледный цвет кожи прекрасно сочетается с темными глазами, а светлые локоны свободно струятся вдоль нежной шеи.
– Вон он, едет, – она показывает указательным пальцем на белый седан. – Еще раз спасибо, что впустил в машину.
– Может, я заслужил поцелуй хотя бы в щечку?
– Хотя бы? – Даша смущенно улыбается. – Правду говорят про хоккеистов.
– Какую правду?
– Вы наглые.
– Я не мог не попытаться, – пожимаю плечами.
– Спасибо еще раз, – Даша открывает дверь и выходит из машины.
– Пожалуйста, – отвечаю я и смотрю ей вслед.
Я до сих пор борюсь с ощущением, что где-то ее видел. Иначе не могу объяснить того факта, что черты лица кажутся мне знакомыми.
Нужно признать: интерес к этой девушке вспыхнул внезапно, как спичка, но горит ярко и яростно. Ее смущение, этот румянец, уверенный взгляд и искренняя улыбка – все это неожиданно цепляет.
И отрицать это глупо.
Мне нужно просто понять, почему так происходит, и поскорее избавиться от этого, прежде чем эта чертова мысль окончательно не сведет меня с ума.
Глава 4
Из панорамного окна второго этажа университета открывается красивый вид на сквер с деревьями и лавочками, которые покрылись первым снегом. Декабрь уже вступил в свои права: мороз начинает щипать нос, под ногами приятно хрустит снег, а в воздухе витает новогодняя атмосфера.
Последняя пара обещает быть невыносимо скучной, как и все остальные сегодня. В голову закрадывается мысль сбежать.
Ну а что?
Вместо лекции купить стаканчик моккачино и насладиться прогулкой домой под яркими лучами зимнего солнца. Искушение слишком велико.
Но не успеваю я принять решение, как боковым зрением замечаю тень, останавливающуюся возле меня.
Я оборачиваюсь, и мои брови слегка ползут вверх.
– Привет, подруга, – улыбается мне белоснежными зубами Марк Белов.
– Подруга? Когда это ты меня в друзья успел записать?
– Я разговариваю с тобой чаще, чем с остальными особями женского пола, – он пожимает плечами, будто это само собой разумеющееся. – Разве это не повод для небольшого дружеского титула?
Я усмехаюсь, закатывая глаза.
После первой встречи мы заговариваем с ним чаще, чем за всю мою уже прожитую жизнь. И уже сейчас я могу сделать вывод: Марк Белов умеет быть невыносимым. И неотразимым, к моему сожалению.
– Допустим, я сочту твои слова за бред сумасшедшего, – скрещиваю руки на груди. – Позволь узнать, что же заставило тебя подойти ко мне?
– Хотел поздороваться.
– Поздоровался? – спрашиваю, ожидая ответа. Марк кивает. – Тогда пока.
Не сказав больше ни слова, разворачиваюсь и иду к лестнице.
– Погоди, – Марк аккуратно хватает меня за руку и слегка притягивает к себе. В нос тут же ударяет аромат его духов: ваниль и, кажется, табак.
Сердце уходит куда-то в пятки. Странная волна прокатывается по телу, когда я чувствую его руку на своей. Кожа под его пальцами словно вспыхивает. Мне хочется убрать руку, но Марк держит крепко, хоть и без злости.
– Отпусти.
Парень смотрит прямо в глаза, и в его взгляде я вижу что-то… удивление? Смятение? Определенно что-то, чего не ожидал он сам. Да и я тоже.
Близость его тела кружит голову, и я чувствую, как щеки заливаются предательским румянцем.
– А если я не хочу отпускать твою руку?
В его голосе слышится хрипотца, и я с трудом отвожу взгляд от его губ. Они у него… идеальные. Четкий контур, чуть припухлые, словно после поцелуя. На секунду я представляю, как они касаются моих, и по телу пробегает новая волна жара.
Что со мной?
Нет. Нет. Нет.
Мне нужно освободить руку и сбежать.
Сбежать?
От него – точно. Слишком близко. Слишком внимательный взгляд.
– Марк, – почему-то шепчу я. – Отпусти… пожалуйста.
Он прищуривается и только потом отпускает руку.
– Ты же понимаешь, что ты странный? – спрашиваю я, проводя ладонью по своей руке.
– Возможно.
Я хмурюсь, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Марк стоит передо мной, словно статуя, и внимательно наблюдает за моими действиями. Под взглядом темно-карих глаз я не могу даже с места сдвинуться.