Когда шум от «представления» окончательно стихает, я медленно выдыхаю и опускаю руки, чувствуя, как напряжение постепенно покидает тело.
Игра возобновляется, но в воздухе все еще витает запах адреналина.
– Кажется, твоему парню скучно, – шепчет Полина.
Я поворачиваюсь в его сторону. Леша сидит в телефоне и лениво листает ленту. Он совершенно не любит активный спорт, больше предпочитает компьютерные игры.
– Леш, – наклоняюсь к нему. – Тебе совсем не интересно?
Он шумно вздыхает, отводит взгляд от телефона и поворачивается ко мне.
– Ты знаешь, почему я здесь, – устало говорит парень. – Я пришел, потому что ты этого хотела.
– И на девушек из группы поддержки поглядеть, – подкалывает Полина.
– Я не смотрел на них! – тут же реагирует Леша.
Закатываю глаза, но улыбаюсь.
– Леш, – начинаю я.
– Нет, Даша.
– Но я даже еще ничего не сказала, – хмурюсь.
– А я даже ничего слышать не хочу. Я не смотрел на этих девушек.
– Да я не про это.
– А про что? Хотя я не хочу ни о чем другом слушать. Давай потом обсудим, когда поедем ко мне после этого, – он указывает головой в сторону льда.
– Может, лучше ко мне? – предлагаю я, проглатывая разочарование.
– У меня удобнее, – отрезает он не терпящим возражений тоном.
Вот почему ему так трудно уступить в такой простой вещи? Это уже не первый раз, когда Леша упрямо настаивает на своем, не желая даже обсудить альтернативу. Я чувствую, как внутри нарастает легкое раздражение, смешанное с усталостью от этих бесконечных мелких стычек.
И сейчас у меня лишь один вариант: подстраиваться. Снова.
– Хорошо, – с грустью говорю я, но мой парень этого не замечает.
Раньше мне нравилось проводить с ним время, как обычной влюбленной девушке. Но сейчас мы почти перестали видеться. Когда я приезжаю к нему, он часто занят компьютером, играет или смотрит что-то один. Я же предоставлена сама себе. Обычно готовлю ужин, убираюсь, а в остальное время читаю книги или разбираюсь с учебными и рабочими задачами. Но проблема в том, что это я могла бы делать и дома. Одна.
– Гоооол! – кричит мне на ухо подруга, вытаскивая меня из мыслей.
Болельщики «Ястребов» поднимаются с мест и радуются забитой шайбе. Любимая вибрация овладевает моим телом с ног до самой головы. Я подрываюсь в это же мгновение.
Мы с Полиной радостно обнимаемся, разделяя восторг от шайбы. Краем глаза замечаю незаинтересованное лицо Леши, и улыбка тут же уходит с моего лица.
После завершения второго периода табло показывает счет 1:1. Некоторые болельщики спускаются на очередной перерыв. Я смотрю на своего молодого человека, который снова достал телефон, и грустно улыбаюсь. Полина предлагает сделать всем вместе селфи, но Леша отказывается, и мы делаем его вдвоем.
– Леш, пропусти, – негромко говорю я. – Нужно выйти в туалет.
– Валяй, – отвечает он и встает с места, пропуская меня вперед.
Я спускаюсь вниз и прохожу в большой холл, где толпится народ. Кто-то покупает еду и напитки, кто-то идет к выходу, а кто-то – я. Я наблюдаю за очередью в женский туалет и осознаю, что, скорее всего, мне предстоит провести весь перерыв в ожидании, но я не собираюсь возвращаться. Мой мочевой пузырь небесконечный.
После мучительного ожидания я возвращаюсь обратно, но натыкаюсь на огромную очередь на арену. Из-за ремонта сейчас открыты всего два входа, через которые я буду пробираться еще минут пять. А третий период уже вот-вот начнется. Решаюсь проскочить через служебный вход, которым когда-то пользовался мой папа, когда в перерывах заглядывал к своему другу детства и по совместительству бывшему тренеру команды.
Мне везет, и я почти незаметно проскальзываю на арену, но у самого входа, когда уже вижу лед и пластиковые черные кресла, словно из ниоткуда возникает преграда. Что-то огромное возвышается надо мной, как скала. Я не успеваю среагировать и врезаюсь в эту глыбу.
– Какого? – слышится возмущенный и раздраженный мужской голос. – Черт, моя газировка.
В эту секунду я понимаю, что этот придурок пролил на мое черное пальто и такого же цвета манишку-свитер свой напиток, и при этом еще и возмущается.
– Тебя только это волнует? Может, лучше извинишься? – огрызаюсь я и вытираю ладонью остатки жидкости, пытаясь исправить ситуацию.
Не хочу пахнуть газировкой еще целый период.
Только через пару секунд до меня начинает доходить, что на мой вопрос не последовало ответа, и я поднимаю глаза. На меня с неподвижным выражением смотрит настоящий шкаф. Высокий настолько, что мне приходится запрокинуть голову, чтобы увидеть его лицо. Плечи такие широкие, что, кажется, он может ими заслонить весь свет. Даже под объемной черной толстовкой ощущается мощь его мышц. Короткие темно-русые пряди обрамляют лицо с волевым подбородком, а карие, почти черные глаза, кажется, сканируют меня. Я невольно ежусь под этим взглядом, чувствуя себя маленькой и беззащитной.