– Не понял, – ответил слегка озадаченный голос с той стороны ворот, – вроде уезжали двое Вуйциков, а вернулся один. Куда второго дели?
– Уважаемый, посмотрите внимательно, это и есть тот самый второй Вуйцик, – я почувствовал, что самодеятельность Павлика может создать нам проблем, и решил вмешаться.
– Не, того звали Пшемек, а этого Павлик, – у охранника оказалась идеальная память на имена и хреновая память на лица.
– Пшемек, Павлик, какая разница? – Я слез с телеги и подошёл поближе к воротам. – Сколько уехало, столько и приехало.
– А вдруг вы того парня где-то в лесу бросили, а вместо него лешака обернувшегося подобрали, – стражник оказался с богатой фантазией. – Вчера вон, охрана впустила троих на телеге с лошадью, а оказалось, что они лешака с собой привезли, да где-то в деревне его и выпустили.
– Так это мы и были, – удружил нам Пшемек.
За воротами наступила подозрительная тишина, а затем мы услышали удаляющийся топот. Видимо, охранник не смог справиться со свалившимся на его голову чистосердечным признанием и побежал советоваться.
– Ну ты и придурок, Павлик, – у меня больше не было подходящих слов. Точнее были, но при ребёнке я их постеснялся говорить. – Вот кто тебя за язык тянул?
Пшемек обиженно смотрел на меня и откровенно не понимал, за что я его назначил придурком. Пришлось объяснять:
– Вот мало тебе было раньше времени откреститься от своей фамилии, ты ещё в добавок напомнил охране, как мы вчера над ними неудачно пошутили. Теперь вариантов два. Либо нас не пустят совсем, либо нас пустят и затем наваляют за чрезмерное чувство юмора. Ещё могут попытаться в каталажку закрыть. Есть тут такая?
– Что значит «каталажка»? – Милош, похоже, раньше этого слова не слышал.
– Нары, обезьянник, сизо, – я начал перечислять, при этом ни одно слово не находило отклика, – тюрьма.
– А, понятно, – радостно закивал Милош. – Так тут тюрьмы нет, и никогда не было. В погреб посадят, прямо здесь, под караулкой.
– Теперь ты понимаешь, Паша, что ты нам устроил? – Перспектива сидеть в погребе меня вообще не прельщала.
Мои дальнейшие упрёки прервал звук открывающихся ворот. Мы удивлённо переглянулись. Створки разошлись, пропуская нас внутрь. Я засомневался и хотел было дать команду Милошу разворачивать оглобли и валить отсюда, но тут из-за одной из створок выглянуло знакомое лицо.
– Милсдарь Витольд, вы, пожалуйста, не шутите так больше, – заместитель начальника стражи Ян Ходкевич приветственно махнул рукой, – а то у нас тут считается, что стоять на воротах – не самое почётное занятие, поэтому сюда попадают в основном за какие-нибудь провинности. Сами понимаете, умный человек либо не провинится, либо не попадётся. Поэтому шутить возле ворот нужно очень осторожно, скорее всего не поймут. Вам повезло, что я как раз был тут с проверкой. Мне рассказали про вашу вчерашнюю выходку. Кроме меня, никому не было смешно.
– Приветствую вас, милсдарь Ян – я с облегчением махнул рукой в ответ. – Вы очень кстати оказались поблизости. Прошу нас извинить, мы постараемся больше не шутить там, где некому оценить наши шутки.
Тем временем Милош завёл телегу внутрь, а мы с Пшемеком зашли следом.
– Как там дела у Эммета? – неожиданно спросил Ходкевич.
– Нормально, жив-здоров, – я даже не знал, что отвечать. Слишком неожиданной оказалась разница между вчерашним и сегодняшним настроением нашего собеседника. – Договорились с ним насчёт изготовления мечей.
– Это правильно, что вы к нему обратились, – стражник погладил рукоять своего меча, висящего на поясе, – он в этом соображает как никто другой. Лучший кузнец в округе, жаль только, что всякой ерундой занимается.
Мы с учеником залезли на телегу и не спеша поехали вперёд по улице.
– Заходите в гости, если будет время, мы на постоялом дворе остановились, – мне почему-то захотелось поближе познакомиться с Яном. Вроде, нормальный мужик, только из-за своей должности слегка грубый и самоуверенный.
– Хорошо, загляну как-нибудь. – Стражник махнул рукой на прощанье и пошёл в сторону караулки.
Дальнейший путь до постоялого двора прошёл без приключений. Мы припарковали лошадь под навесом и зашли в трактир. Я пошёл к стойке, а Вуйцики отправились за привычный стол в дальнем углу.
– Приветствую вас, Мойшек, – я обратился к трактирщику по имени, надеясь завоевать его расположение и сторговать немного от стоимости проживания. – Я хотел бы снять двухкомнатный номер на некоторое время.
Трактирщик осмотрел меня, пытаясь припомнить, когда мы с ним успели так близко познакомиться.