– Я уверен, что доводилось. Вон как ловко вы его с одного удара уложили, – в голосе ученика звучала гордость за своего учителя. – Я, когда закончу обучение и стану ведьмецом, тоже так научусь.
Я вспомнил, с какой безрассудной отвагой он бросился навстречу атаковавшей нас твари. Было удивительно, насколько нынешний Пшемек отличается от того, который несколько дней назад намочил штаны, визжа от страха при встрече с разбойниками.
– Обязательно научишься, я не сомневаюсь. А теперь нам нужно собрать доказательства нашей победы и предъявить пану старосте. Он в последнюю нашу встречу как раз мне поставил задачу разобраться с козлоногом, напавшим на его брата. То, что этот козлоног в принципе не мог напасть на Густава, это дело третье.
Я поднял вверх меч и пафосно произнёс:
– Назначаю тебя крайним и виновным во всех грехах, которые нам надо на кого-то повесить, – с этими словами я рубанул по остаткам шеи.
Меч с лёгкостью перерубил не только мясо, но и кости. Голова отделилась от туловища и перевернулась кровавым обрубком вверх. Я ожидал, что Пшемека смутит вид отрубленной головы, но тот даже бровью не повёл. Думаю, что это крестьянский быт делает людей такими бесчувственными. Если с самого детства видишь, как домашняя скотина превращается в мясо, колбасу и прочие полуфабрикаты, поневоле зачерствеешь душой.
– Копыта тоже понадобятся. – Я поднял отрубленную голову за рог.
Пшемек взял свой меч, лежавший на дороге рядом с тем местом, где я валялся в отключке, и с хозяйственным видом принялся отрубать ноги.
– Интересно, зачем они старосте? – пробормотал я под нос, но Пшемек меня услышал.
– Да кто ж его знает. Может, холодец сварить хочет.
– Ну да, старосте больше не из чего варить холодец, только из копыт козлонога. – Мне стало смешно. – Ты-то сам стал бы такое есть?
Мой вопрос остался без ответа.
Для переноски отрубленных ног Пшемек пожертвовал кусок ткани, в который был завёрнут его меч. Я обтёр свой меч об козлиную шерсть, а после протёр краем импровизированного мешка с копытами, всё равно он уже испачкался. Затем завернул в свой отрез ткани, оставив рукоять снаружи. Теперь можно было нести меч подмышкой и в любой момент выхватить его, стряхнув ткань с лезвия. Носить меч без ножен – то ещё развлечение.
Моя голова, пострадавшая в столкновении с рогами козлонога, понемногу перестала болеть, и мы отправились прежним маршрутом. Пшемек нёс свой меч в руке, но при этом уже не размахивал им как попало, а пытался периодически изобразить прямой укол с доворотом в воображаемого противника, явно стараясь повторить моё движение, оказавшееся на удивление эффективным.
* * *
Входные ворота в этот раз оказались немного приоткрыты. Не обратив внимания на эту странность, мы протиснулись в щель между створками ворот и угодили в засаду.
– Стоять, ни с места! – Шестеро стражников окружили нас, выставив в нашу сторону мечи. Один из них нажал ногой на приоткрытую воротину, отрезая нам путь назад. – Кто такие?
– Паша, отставить! – я вовремя заметил, как Пшемек встал в боевую стойку и выставил меч вперёд. – Немедленно опусти меч.
Ученик неохотно подчинился. Похоже, наличие в руке оружия напрочь отключило у него инстинкт самосохранения.
– Витольд Крючковский из Мытищ, ведьмец, – я представился полной версией имени, – а это Пшемыслав Вуйцик, мой ученик.
Стражники продолжали стоять и молча смотреть на нас. Видимо, в их программе что-то засбоило, и они не могли сообразить, что им делать дальше.
– А ну прекратить! – донёсся от караулки властный окрик.
Стражники как-то сразу съёжились и один за другим опустили мечи.
– Ну что за идиоты, ни на минуту нельзя одних оставить, – к нам подошёл Ян Ходкевич с недовольным выражением лица. – Извините, Витольд, мы тут кое-кого караулим. Отошёл буквально до уборной и обратно, а этим олухам забыл оставить инструкции. Первую часть они запомнили, что нужно остановить и обратно не выпускать, а дальше я должен был командовать по ситуации.
– Добрый день, Ян. – Я перехватил голову в левую руку, чтобы пожать протянутую мне ладонь. – Вы уже второй раз меня выручаете, с меня причитается.
– Что это у вас такое? – Яна заинтересовала голова, которую я держал за рог.
– Да вот, напал на нас, когда мы от Эммета возвращались. Хорошо хоть с оружием были, еле отбились. – Я приподнял голову и развернул так, чтобы можно было разглядеть чёрную морду и помутневший оранжевый глаз.
– И куда вы это несёте?