– Э-э-э… – только и смог ответить я.
– Я, конечно, рад за тебя. Похоже, ты неплохо провёл время, – Ян перестал говорить сухим официальным тоном. – Но у меня есть заявление и я обязан на него отреагировать. Да и Гразина прозрачно намекнула, что её папенька зол и просто так этого не оставит.
– А она ничего не напутала?
– К сожалению, всё сходится. Сейчас прочитаю… «Хвалился недавним убийством чудовища и тем, что спас важного человека и получил за это кучу денег». По её описанию ты был сначала в чёрной кожаной одежде, потом без неё, а потом… «Надел шляпу и сапоги, изображал скачку на лошади и стрельбу из арбалетов с обеих рук, от чего у меня образовались синяки на локтях и коленях». Два арбалета мы, кстати, тоже нашли.
– Чёрт, как неловко получилось, – я пытался вспомнить хоть что-то, но в памяти зиял огромный провал. – Ян, я действительно не помню, как это всё происходило.
– Ты знаешь, я тебе верю, что ты ничего не помнишь. Потому что, если бы ты ЭТО помнил, ты бы не был сейчас настолько спокоен. Видимо, ты действительно был пьян до беспамятства, потому что я не представляю, как можно было добровольно на это согласиться.
– Я не знаю, о чём ты, но мне кажется, что волноваться теперь уже смысла нет. Вряд ли это хоть как-то поможет.
– Тогда не будем тянуть, сдавай оружие и пойдём. Если я тебя сейчас отпущу и ты сбежишь, то Бжздецкий меня самого заставит на его дочери жениться, а мне этого совсем не хочется.
– В смысле – жениться?
– В прямом. У тебя теперь два варианта. Или сидеть в тюрьме до конца жизни, или жениться на Гразине, как ты ей и обещал. И я не уверен, какой из этих вариантов лучше.
– Что значит «не уверен»? Неужели женитьба может быть хуже пожизненной тюрьмы?
– Поверь мне, лучше тебе сейчас об этом не задумываться, – Ян как-то странно покачал головой. – Пошли уже, а то вот-вот стемнеет.
Тюрьмы как таковой в деревне не было, поэтому меня закрыли в караулке, в комнате для отдыха дежурной смены. Не в погребе, и то хорошо. Я вспомнил, что сегодня не поужинал, и Ян распорядился принести мне чего-нибудь с кухни, за что я его искренне поблагодарил. Было видно, что его не радует вся эта ситуация, но деваться ему было некуда. Пшемека не стали оставлять одного в номере и отправили спать в казарму, на то же место, что и вчера.
* * *
Ночью я почти не спал, пытаясь восстановить в голове события вчерашнего вечера. Получалось плохо. Если до того времени, как мы начали играть в карты, события шли последовательно, то сама игра отпечаталась в голове обрывками, а что происходило позже, я вообще не смог вспомнить, сколько ни старался. Возможно, эта самая Гразина присоединилась к нашей гулянке уже после того, как мы закончили играть, но я в этом не был уверен.
С утра меня разбудил стражник, позволил умыться и сразу отконвоировал в штабную избу. Я зашёл и увидел грузного низкорослого мужика с красным одутловатым лицом профессионального алкоголика, который прохаживался вдоль большого стола. Заметив меня, он обошёл стол и сел в стоящее у стены кресло. Ян Ходкевич сидел в углу на стуле и делал вид, что первый раз меня видит.
– Подойди, – начальник стражи, а судя по хозяйским повадкам, это был именно он, оценивающе посмотрел на меня. – Имя, фамилия, откуда?
– Витольд Крючковский, из Мытищ, – я сделал несколько неуверенных шагов и остановился напротив стола.
– Значит, убийца чудовищ и спаситель нуждающихся? – красномордый произнёс это с такой неприязнью, словно речь шла о совершенно недостойных поступках.
– Ведьмец, – уточнил я.
– Ах вот оно как, – похоже, начальнику стражи обо мне не особо подробно доложили. – Ну, и что мне с тобой делать?
– Понять и простить, – почему-то сказал я, хотя за мгновение до этого в голове не было ни единого подходящего ответа. – Признаю свою ошибку и обещаю больше не совершать подобного.
– Вот тут ты не прав, ведьмец. Никакая это была не ошибка, а самая что ни на есть судьба. Ты же веришь в судьбу?
Я неопределённо пожал плечами, потому что не представлял, за что судьба со мной так обошлась.
– А я вот верю, – начальник положил руки на стол и немного подался вперёд, – и точно знаю, что это судьба наконец-то смилостивилась надо мной и послала моей любимой доченьке такого завидного жениха, а то засиделась она в девках сверх всякого приличия. Так что выбирай: либо ты сегодня же женишься на моей дочери и забираешь её из моего дома к чёртовой матери, либо будешь гнить в тюрьме пожизненно.