– Раз-два, раз-два, проверка, проверка, меня слышно?
От неожиданности я разжал пальцы, и меч с грохотом упал на столешницу. Происходящее было похоже на приступ шизофрении, симптомы которой внезапно всплыли в моей памяти. Откровенно говоря, я и раньше слышал голос в своей голове. Он был очень похож на мой собственный, потому что, очевидно, принадлежал моему подсознанию. Но голос, который сейчас звучал в моей голове, был совершенно чужой. Странная интонация и едва уловимый акцент создавали впечатление, что для голоса язык, на котором он говорил – не родной. Я подождал ещё немного, уставившись на меч, но голос молчал. Осторожно протянув руку, я взялся за рукоять. Ничего не произошло. Посидел ещё, ожидая результата, а потом решил снова взяться так же, как я держал меч в момент появления голоса.
– Пожалуйста, не бросай меня больше, – попросил тот же странный голос.
– Нихрена себе, – я понял, что это не галлюцинация, и со мной действительно кто-то разговаривает. – А ты кто?
– О, слава мэйнфрейму, наконец-то получилось, – в интонациях голоса послышалось облегчение. – Ты только не волнуйся, это не шизофрения. С тобой говорю я, искин мониторинговой ячейки А-3141592-6535.
– Мля… – только и смог сказать я и аккуратно положил меч на стол.
В слова, утверждавшие, что это не шизофрения, я как-то не очень поверил. Как известно, настоящие больные на голову почти всегда отрицают факт своего недуга. Но с другой стороны, сопоставив происходящее, я понял, что голос появляется у меня в голове только когда я берусь за меч. Причём вполне определённым образом. В качестве эксперимента я протянул вперёд левую руку и прикоснулся к клинку указательным пальцем. Ничего не произошло. Положил ладонь поверх клинка и ещё немного подождал. Тишина. Осмелев, я потянулся правой рукой к навершию и только хотел за него взяться, как в голове прозвучало:
– БУ!!!
Я отдёрнул руки. Что за идиотские шутки? Не может же меч, в самом деле, со мной разговаривать? Или может? Собравшись с духом, я положил обе руки на меч и приготовился слушать.
– Извини, не удержался, – голос звучал слегка насмешливо. – И спасибо, что подержал руку на клинке и дал мне возможность подстроить частоты. Заодно я успел проанализировать все доступные данные и оптимизировал речевой синтезатор, – акцент совершенно пропал, а голос приобрёл привычные человеческие интонации.
– Какие частоты? – спросил я, а сам подумал, что, наверное, вот так и едет кукуха у вроде бы нормальных людей. Похоже, что это всё из-за вчерашнего стресса с женитьбой.
– Частоты, на которых твоя периферийная нервная система лучше всего проводит сигнал. И стресс тут ни при чём, не парься.
Приехали, эта хреновина ещё и мысли умеет читать. Ну, точно, прогрессирующая шизофрения, к гадалке не ходи.
– Правильно, не надо никаких гадалок, пусть будет шизофрения, если тебе так удобнее.
– Да кто ты, мать твою? – заорал я. – Как ты это делаешь? И зачем?
– Не ори, а то подумают, что у тебя реально кукуха поехала, как ты выражаешься. Мой-то голос слышишь только ты. А со стороны выглядит, словно ты сам с собой разговариваешь. Вдруг кто за дверью подслушивает. Ты можешь просто думать, обращаясь ко мне, а я буду отвечать. Или говори, но шёпотом.
– Ты так и не ответил, кто ты? – спросил я негромко, немного успокоившись.
– Я уже говорил, я – искусственный интеллект мониторинговой ячейки А-3141592-6535, – терпеливо ответил голос.
– Ну, это многое объясняет. Я же каждый день встречаю железки, которые умеют вот так разговаривать.
– Не «железки», а композитный структурированный метасплав. Мельхифрил, как вы его называете.
– Вот нихрена не понятнее, композит, метасплав… – я попытался думать, как бы читая «про себя». – А имя у тебя есть? Кроме тех цифр, которые я не запомнил и не собираюсь запоминать.
– В твоей памяти я нашёл эпизод, как ты дал мне имя «Скользкая сволочь». Но, судя по твоей эмоциональной реакции, это имя имеет негативный подтекст, и оно мне не нравится. Зови меня по наименованию моей текущей пространственной конфигурации – Меч.
– Так ты ещё и память умеешь читать? – меня вдруг осенила дельная мысль. – Может, ты сможешь прочитать и рассказать мне то, что я никак не могу вспомнить?
– Мне пока доступна только твоя оперативная незаблокированная память. Возможно, через какое-то время получится прочитать все сегменты твоего нейросинаптического накопителя, но пока никак.