Кай появлялся редко. Шёл чуть впереди, не оборачиваясь. Его тень вытягивалась между стволами, но не указывала путь — просто была.
Ночью Айрис не спала. Сидела у костра, смотрела на огонь и ждала. Осколок молчал.
— Он не зовёт, — сказала она Светоносцу.
— Он проверяет, — ответил тот. — Хочет понять, достойна ли ты.
— А если нет?
— Тогда вы будете блуждать, пока лес не сотрёт вас.
Айрис посмотрела на Лиру. Та спала — или нет? Её веки дрожали, губы шевелились, будто она разговаривала с кем-то невидимым.
— Ей хуже, — сказала Айрис.
— Знаю, — ответил Светоносец. — Потому и спеши.
День второй. Голоса.
Утром Лира не могла встать.
Она сидела на земле, обхватив колени, и раскачивалась вперёд-назад. Её глаза были открыты, но они ничего не видели.
— Лира.
— Я слышу их, — прошептала та. — Из приюта. Они зовут меня по имени. Но я не помню, какое у меня имя.
— Ты — Лира, — сказала Айрис.
— Нет. Меня так назвали там. А до этого… до этого было другое. Но они стёрли.
Айрис присела перед ней, взяла её холодные ладони в свои.
— Тогда мы найдём твоё имя. В библиотеке. Ты вспомнишь.
— А если не найду?
— Найдёшь.
Она подняла Лиру. Та шаталась, но сделала шаг. Потом второй.
Они пошли.
Осколок внутри Айрис ударил — резче, чем прежде. Не толчок. Удар.
— Слышишь? — спросила она.
Лира кивнула. В её глазах мелькнуло что-то живое — не страх. Надежда.
Лес изменился.
Не сразу. Сначала только запах. Пыль. Старая бумага. Чернила, которые высохли сто лет назад.
Айрис остановилась, втянула носом воздух.
— Чувствуешь? — спросила Лира.
— Да.
Они пошли быстрее.
Деревья стали реже. Между стволами — что-то белое. Прямоугольное.
Страницы.
Книжные страницы висели на ветках, как листья. Некоторые — чистые. На других — обрывки слов, буквы, которые складывались в слоги, но не в слова.
Айрис протянула руку к одной. Та вспыхнула и рассыпалась в пепел, не долетев до пальцев.
— Не трогай, — сказал Кай. Он появился из тени за её спиной — бесшумно, как всегда. — Здесь память чужая. Она может стать твоей. А ты не выдержишь.
— Почему это здесь? — спросила Айрис.
— Лес запоминает, — ответил Кай. — Тех, кто прошёл. Тех, кто остался. Тех, кто искал и не нашёл.
— Кто здесь был?
— Все. Никто не вернулся.
Лира вздрогнула. Айрис сжала её руку крепче.
— Мы вернёмся.
Кай посмотрел на неё долгим взглядом.
— Ты так уверена?
— Должна быть.
Он не ответил. Исчез.
День третий. Лес сопротивляется.
Они шли с утра до ночи. И снова — с утра до ночи.
Лес не пускал.
Ветки хлестали по лицу, корни вырастали из земли под ногами, хватая за лодыжки. Воздух стал густым, как смола. Каждый вдох давался с болью.
— Он не хочет нас пускать, — прошептала Лира.
— Знаю, — ответила Айрис.
Осколок внутри бился теперь почти постоянно. Не больно — тревожно. Как сердце, которое знает, что опасность близко, но не может сказать — где.
На третью ночь Лира закричала во сне.
Айрис вскочила, прижала её к себе. Та билась в руках, царапалась, кричала — не имя, не слово. Просто звук. Как зверь, которого убивают.
— Лира. Лира, проснись.
Та открыла глаза. В них — свет. Белый, пустой, как в зале очищения.
— Она здесь, — прошептала Лира. — Саэрна. Она смотрит.
Айрис оглянулась. Никого.
— Тебе показалось.
— Нет. Она в лесу. Она ждёт.
Лира снова закрыла глаза. И затихла — слишком быстро, слишком ровно задышала.
Айрис не спала до утра. Смотрела в темноту. И ждала.
День четвёртый. Поляна имён.
Лес кончился внезапно.
Он просто расступился — как занавес, который устал скрывать сцену. Деревья раздвинулись, и Айрис увидела поляну.
На ней не было травы.
Вместо неё — каменные плиты, заросшие мхом. На каждой — имя. Стёртое. Перечёркнутое. Или выцарапанное так глубоко, что камень треснул.
В центре поляны стояло здание.
Оно не было построено. Оно выросло — из земли, из камней, из страниц, которые они видели на ветках. Стены — из книг, сложенных друг на друга. Тысячи книг. Тысячи имён. Крыша — из поваленных стеллажей. Вместо окон — пустые проёмы, откуда тянуло холодом и пылью.
— Библиотека, — сказал Светоносец. — Та, что помнит всех.
Айрис сделала шаг вперёд. Воздух перед ней дрогнул — как перед дождём.
— Она не пускает? — спросила Лира.
— Проверяет, — ответил Кай. Он стоял у края поляны, не переступая невидимой черты. — Я не могу войти. Только вы.
— Почему?
— Потому что я уже мёртв. А она хранит живых.
Айрис шагнула на первую плиту.
Имя под ногой вспыхнуло — золотом, как будто кто-то зажёг свечу внутри камня.