– Я очень рад всех вас снова видеть в добром здравии! – его лицо светилось радостью, от чего мне на душе стало намного легче, и родилась надежда…
Группа ответила хором о своей взаимности. Обведя всех взглядом, Лахрет остановил его на мне, от чего я зарделась и опустила глаза. Кольнул в самое оно. При виде его внутри все облегченно расслабилось. Показалось, что, наконец-то, мои проблемы решаться. Я всегда чувствовала подобное рядом с ним. Оказывается не одна я. Март однажды признался, что когда рядом господин Лахрет, и вправду, кажется, что он может помочь решить все твои проблемы. Его заинтересованный взгляд, добрая непринужденная улыбка и мягкие движения очень располагали к нему. Этого у него не отнять. Прирожденный лидер. Я облегченно вздохнула и с блаженной улыбкой снова посмотрела на преподавателя, но он уже глядел в другую сторону.
– Я задержался по уважительной причине. Договаривался вам о практике, - оправдался он. - Я узнал, что за время моего отсутствия, у вас было только четыре вылета! Это не хорошо, - он широко улыбнулся, заметив радостные лица студентов. – Я вижу, рады. Ладно, собираем вещички и на выход в ангар. Сюда мы не вернемся.
Ребята мигом шумно подхватились и наперегонки с громкими возгласами направились к выходу. Я замешкалась. Лия подошла сзади, и, толкнув к выходу, заметила, шутя:
– Что, соскучилась за ним?
Я не стала что-либо отвечать на мимолетную шутку, лишь бросив укоризненный взгляд. Глубокий вздох вырвался из груди, и я зашагала в указанном направлении. Среди всех, только мы с Лией не уложили своих ниясытей, поэтому Лахрет у лифта велел нам их уложить, дав нам фору.
Когда мы с подругой спустились в ангар, то группы там уже не оказалось. Все улетели на практику. Нас ждали Лахрет и Тирит, как инструктора по пилотированию флайеров. Почему-то я не удивилась, когда Тирит взял Лию и увел ее в учебную машину. Я осталась одна с Лахретом. Он стоял у трапа легкого двуместного флайера с грузовым отсеком класса Е, то есть малой грузоподъемностью. Заложив руки за спину в стиле аля Наран Ниасу, он смотрел на меня горящими улыбающимися глазами. Но чему он радовался? Я, молча, подошла к нему и вопросительно посмотрела в лицо.
– Вы готовы к полету? – весело спросил он, явно в предвкушении.
– Да, сэр.
– С каких пор я сэр?
– А разве нет?
– Нет.
– Почему?
– Я – ятгор. Вы – кашиасу. Вот и весь расклад.
– Я – студентка. Вы – преподаватель. А это не расклад?
Лахрет лукаво улыбнулся и жестом указал на трап флайера. Опустив неуверенно глаза, я забежала вовнутрь. Села на место первого пилота, устремив взор на панель управления. Сегодня я планировала удивить преподавателя своими навыками пилотирования. Март мне как-то раз сказал, что, как кашиасу, я имею полное право брать любой флайер для своих нужд. Я им и воспользовалась. Март учил меня каждую свободную минуту искусному пилотированию, когда мы дорывались до ангара и отрывались от книг и комов. Поэтому, когда Лахрет сел на свое место, я, плавно нажав на панели управления нужные команды, легко отстыковала машину и вывела его из ангара. Без сучка и задоринки. Боковым зрением я заметила одобрительное выражение лица преподавателя. От этого сразу поднялось настроение. Удивила.
На улице небо слепило синевой, радовало ясной погодой и вдыхало свежие силы. Сердце рвалось вперед сквозь потоки воздуха, преодолевая притяжение земли, лететь туда, куда глаза глядят. Чего еще желать? А вот чего. Меня очень беспокоило, что надо сказать как-то о найденной мной вещи, только я не знала, как начать. С чего, главное? А еще этот докучливый вопрос… почему до сих пор этот удивительный человек, внушающий восхищение и неподдельное уважение в сердца каждого человека, до сих пор не нашел себе спутницу жизни? Увидев его еще у трапа, я снова задала себе этот липкий вопрос, по-женски оценив безукоризненный вид мужчины. Одет с ниточки, чистый, выглаженный и хорошо пахнущий… Вся слюной изошлась. От чего это вдруг? Неужели сработали долгие часы размышления над его предложением? Глядя на такого красивого и сильного мужчину, я чувствовала уверенность на все сто, что любая бы согласилась на брак с ним. Думая об этом, я постоянно бросала на него вопросительный взор, одновременно следя за панелью управления и дисплеем.
– Спрашивай, - наконец, заговорил он, заметив, что я мучаюсь от любопытства.
– Вы о чем? – я сделала вид, что не понимаю.
– Ты уже пять минут косишься на меня с вопросом в глазах, - он говорил неформально. – Твои мысли прочитать мне сложно, но я готов тебе ответить на любой вопрос.
– Я не смею.
– Почему?
– Это личный вопрос.
– Личный? Это уже интересно вдвойне.
– Как я могу?
– Задать личный вопрос? – брови Лахрета взлетели высоко вверх.
В голове я сразу четко увидела ясное недоумение ятгора. Он не мог дойти до того, почему я стеснялась задавать ему личные вопросы после того, как он мне столько говорил о своих чувствах. Он понятно спроецировал свое недоумение прямо мне в ум.
– Вы ответите на личный вопрос?
– Лана, думаю, ты должна понимать, что после того, как я сказал о своих чувствах перед моим отлетом, любые вопросы относительно меня и моей жизни ты можешь смело задавать. Причем, делать это в любой форме и выражениях, - он озвучил свою, только что переданную, мысль, желая, чтобы я ее лучше усвоила. – Или ты забыла о том, что я тебе говорил?
- Вы о своих… - я замялась и сделала ошибку в управлении, вильнув в сторону. Он и глазом не моргнул.
– Чувствах, - продолжил он. – Именно. И поверь, от того, что я не видел тебя два месяца, они нисколько не уменьшились.
Я опустила взгляд на интерфейс и закусила губу. Почему, когда он заговаривает о своих чувствах, я так волнуюсь и теряюсь? Я порывисто вздохнула и озвучила свой вопрос:
– А почему вы до сих пор не женаты? – сердце подпрыгнуло до горла и опустилось до коленей.
Он хмыкнул и усмехнулся, словно это его рассмешило. От этой его реакции мне стало еще неуютней. Устремив взор вдаль, Лахрет ответил не сразу:
– Я любил однажды. Но она выбрала другого.
Я повернула в его сторону лицо, желая увидеть его глаза, и флайер мигом кинуло вниз. Лахрет легко подхватил управление в свои руки и сам повел машину за город, словно так он мог отвлечься и взять себя в руки. Сказать хоть слово у меня не хватало сил. Я просто смотрела в его сторону и пыталась поймать хоть один ясный вопрос. Кто же смог когда-то отвергнуть такого человека? Почему она предпочла другого? Он минуту помолчал, глядя строго перед собой, потом продолжил:
– Ее звали Ята. Ята Раголд. Она училась со мной в одной группе. Ее ниру звали Унта. Она была доброй, отзывчивой и очень послушной девушкой. В нее, мне казалось, были влюблены почти все парни из нашей группы, - Лахрет покосился на меня, и продолжил: - Она выбрала не меня, а Нарана.
– Нарана? Нарана Ниасу? - от этого имени и удивления я уронила челюсть. – Но как? И почему была?
Он слегка нахмурился, словно воспоминания о том времени причиняли ему боль, сосредоточенно нажал на интерфейсе какие-то посадочные команды и опустил флайер на небольшой поляне перед раскинувшимся на север зеленым полем нравы. Повернул голову в мою сторону и замер, поджав нижнюю губу в задумчивости.
– То время было для меня очень тяжелым. Я любил ее, любил и Нарана как друга. Она была всегда вежливой и приветливой с нами. Наран первым предложил ей ближе познакомиться и она, не раздумывая, согласилась. Я же боялся первым подойти к ней. Нутром чувствовал, что она больше смотрит на Нарана, чем на меня. И кем я тогда был? Всего лишь перспективным наездником нура, учащимся военного атконнора. А Наран был сыном кашиасу. Она вышла за него замуж, подписав брачный контракт.
Слушая его рассказ, я пораженно распахнула глаза и уставилась на свои коленки, словно там видела всю эту историю в картинках. Наран женат? Ничего не понимаю…
– Вам, наверное, было тяжело это пережить… - протянула задумчиво я.
– Было. Но, разве я мог изменить чувства человека? Я думаю, они или есть, или их нет.