Введение
Я изгрыз гранит науки,
Что же дальш ждет меня?
Ах, возьмите на поруки,
Мою душу сохраня
Итак, я возвращался в Киев, спасибо, что не на щите!
Получив высшее образование по новой профессии и видя перед собой отличные перспективы, я все же не выполнил всего того, на что надеялись родные, так как не стал аспирантом в родном институте, хотя в этом не было толики моей вины. Просто так сложились обстоятельства, а с судьбой не поспоришь!
Но жизнь продолжалась а вместе с ней продолжались ошеломительные зигзаги в моей судьбе...
Глава 1 Последний отдых перед неизведанным
С любимой мамой пребываю я в беседе,
Забыв сейчас на миг, хоть странно, об обеде.
Как жаль, что меньше сил у мамочки осталось,
А на лице видна покорная усталость…
Родня опять спешит покой семьи нарушить:
Ей не впервой, увы, устои наши рушить.
Врагом я у отца недавно стал невольно.
Он смотрит на меня с укором, недовольно...
Проигравший некоторую сумму денег, (спасибо, что не все) , я прибыл в Киев, взяв ключи у соседей и зашел домой, приступив к наведению марафета.
Через час, смыв с себя остатки приморской пыли, вместе с которой уплыли в канализацию воспоминания о шести годах жизни в приморском городе, я задумался над тем, что делать дальше.
Мама по установившейся традиции отдыхала в Ворзеле, поэтому днем я собирался отправиться к ней.
Но перед этим мне пришло в голову, что я давно не общался со своей подругой Галей, а ведь за ней был должок, связанный с моими мучениями на поэтическом поприще.
Набрав номер ее телефона, я тут же вспомнил поговорку: “На ловца и зверь бежит! “, так как услышал в трубку голос подруги.
Поговорив о пустяках, я, неожиданно для себя, предложил ей съездить со мной в Ворзель проведать маму, на что она, немного поломавшись, дала свое согласие, и мы договорились с ней встретиться через час у пригородного вокзала.
Затем я позвонил маме и сообщил, что навещу ее со своей девушкой через пару часов.
Мы встретились с Галей, и я, с удовольствием, отметил, что она очень похорошела и превратилась в крупную самку, чем-то отдаленно напоминающую своим внешним обликом Софи Лорен.
С удовольствием отметив произошедшие в девушке перемены и подсчитав, что ей стукнул двадцать один год, я взял ее под ручку и гордо прошествовал на электричку.
Через час мы стояли перед перепуганной до смерти мамой, решившей, что я явился из Приморска с женой, чего можно было не сложно ожидать от непутевого сына.
Поэтому, когда она поняла, кто стоит рядом со мной, радости ее не было предела, что Галя приняла на свой счет и, по-моему, у нее в душе забрезжили какие-то надежды на будущее.
Поговорив с мамой около часа и узнав все наши семейные новости, я отправился с подругой прогуляться в лес, где, несмотря на ее возражения об отсутствии нормальных условий, не особенно церемонясь, уложил на травку и лишил призрачных надежд на серьезные отношения в будущем.
Вечером я отправил Галю в Киев, а сам остался с мамой, в беседах с которой строил планы на будущее.
Она же, слегка расстроенная тем, что у меня не сложилось с аспирантурой, прижимала к груди фиолетовую справку, сообщающую всему свету, что ее сын, вопреки проискам темных сил, все же получил высшее образование и приобрел престижную специальность инженера электронной техники.
Затем, просмотрев лист с оценками, она посетовала на мою лень, не позволившую мне совершить над собой минимальное усилие и пересдать два простых экзамена.
Я выкрутился, сказав ей, что это было бы несправедливо по отношению к тем, кто значительно больше, чем я, заслуживал такого отличия.
На протяжении месяца я периодически, встречался в Киеве с Галей, в основном приводя ее к себе домой.
Однажды, решив неудачно пошутить, я начал так естественно изображать из себя приверженца садистским наклонностям, что подруга перепугалась и по-настоящему потеряла сознание от ужаса.
Мне, проклиная свой вздорный характер, пришлось минуть пять отливать ее водой.
После случившегося кошмара, она долго курила сигарету за сигаретой, а потом сообщила мне, что окончательно поняла то, что нужна мне только для забавы и потому нам лучше расстаться.
Я не возражал против ее слов, так как однообразие наших отношений уже начало меня раздражать, и, побледневшая от пережитого стресса подруга, как и многие другие, встретившиеся на моем пути особы, навеки ушла из моей жизни.