Причем она, будучи исключительным психологом, пошла дальше.
Когда, на следующий день, мы с Галей вышли за пределы завода, она, одетая в шикарные вещи, встречала нас возле проходной, и, на глазах всей толпы, обняла Галю и поцеловала ее в щеку, заставив народ выпучить глаза от удивления.
Среди стоящих в оцепенении сотрудников я мельком увидел рыжую руководительницу кадрами, находившуюся рядом со своей дочкой, внимательно наблюдающей за разворачивающимися на их глазах событиями.
Мама уезжала вечером, в понедельник. Ее провожали я и Галя.
Следующая моя встреча с мамой состоялась в январе 1966 года, в дни большого семейного праздника, постепенно переросшего в страшную трагедию, серьезно повлиявшую на дальнейший ход моей жизни.
В конце октября я проводил в Волгоград Галю, выехавшую к серьезно заболевшей тетке.
Она собиралась вернуться десятого ноября, так как на следующий день мы должны были сопровождать Мишу и Милу в ЗАГС в качестве свидетелей.
Я, откровенно говоря, собирался использовать предоставленный «отпуск» в десять дней для восстановления своего статуса свободного человека и намеревался использовать «накопившийся заряд бодрости» на сексуальные развлечения с наиболее привлекательными изготовителями накопительных ячеек.
Свои похождения я начал с Нины, девятнадцатилетней черноглазой обладательницы пышных форм, которая оказалась примитивной самкой, не обладающей каким-либо шармом.
Проведя с девчонками, пять вечеров и ночей, я, разочарованный их примитивным уровнем, плюнул на очередное свидание и провел вечер и почти всю ночь за игрой в преферанс.
Седьмого ноября завод, как и вся страна, праздновала день революции.
Я, в компании с будущими молодоженами, отправился на торжественный вечер в шикарный дворец культуры нашего завода, где после торжественной части должен был состояться большой концерт, а за ним, - танцы до упада.
Меня должны были наградить за успехи в работе грамотой и ценным подарком.
Неожиданно, не смотря на решение нашего коллектива, якобы под маркой того, что Миша женится, отмечен был не я, а он, что меня совершенно не задело, просто я понял, что это был выпад в мой адрес.
После торжественной части и концерта, не входящего ни в какое сравнение с институтскими концертами, организованными Женей, начались разрекламированные танцы под эстрадный оркестр.
Меня наперегонки, приглашали Вера и мастер цеха, поэтому после завершения вечера я в первый и последний раз побывал в гостях у депутата.
Там мы втроем напились по чёрному, и девицы начали меня зажимать с обеих сторон, причем Вера приступила к оскорбительным выпадам против Гали, что заставило меня подняться и отправиться домой.
При этом я пригласил к себе в гости мастера, как говорится, в пику Вере.
Та пришла через час, заявив, что ради встречи со мной разорвала отношения с подругой и после праздников съедет с этой квартиры.
Меня это мало волновало, поэтому мы хорошо провели время с дамой, которая выгодно отличалась от ее монтажниц техникой исполнения «высшего пилотажа», чем очередной раз подтвердила мое мнение о сексуальности москвичек.
После этой встречи я прекратил любые свидания, так как понял, что веду себя не очень красиво по отношению к Гале.
С ней я пока не собирался строить серьезных отношений, не смотря на то, что мама одобрила наш союз, так как мне в январе должно было стукнуть только двадцать четыре года!
Утром десятого ноября вернулась из поездки Галя, которая осторожно заглянула ко мне, а когда я радостно приветствовал ее, то призналась, что была твердо уверена в том, что я больше не захочу с ней встречаться, потому что знала мою «веселую» натуру.
Я постарался доказать ей, что она не права, и мне показалось, что лучше Гали нет никого в мире, с такой счастливой улыбкой она обнимала меня.
Нагулявшись на свадьбе, мы побрели на работу, но теперь Миша, под ручку шествовал с Милой.
Утром его вызвали в кадры и вручили повестку из военкомата о призыве в ряды вооруженных сил.
Туда он должен был отправиться сроком на один год.
Он понимал то, что вряд ли удастся избавиться от призыва в армию, но работа на почтовом ящике давала кое-какие надежды.
А теперь они улетучились в мгновение ока.
Четырнадцатого ноября Миша отбыл на сборный пункт.