Работа эта была не очень хороша для поддержания здоровья в норме, хотя были предусмотрены все условия защиты организма от влияния химических составляющих.
А затем, глядя прямо мне в глаза своими черными, с поволокой, глазами, Галя спросила, серьезно ли я говорю, что собираюсь с ней встречаться?
В первый момент я хотел пошутить, что, в принципе, да, но сколь долго наши встречи продлятся, сказать невозможно.
Но, вдруг, осекся, увидев взгляд раненого зверя, полный надежды.
Я не мог сказать банальность этой явно тянущейся ко мне девчонке, поэтому, не понимая, что со мной происходит, молча кивнул и уже хотел обнять Галю, но она неожиданно отстранилась от меня и попросила выслушать ее историю.
Я, грешным делом, решил, что она переболела какой-то заразной болезнью, но все оказалось гораздо прозаичней.
Галя воспитывалась у тетки, так как мать ее умерла в молодые годы.
Отец от дочери не отказывался, но вскоре завел семью, в которой Галя жить не захотела. Она поступила в техникум и успешно окончила его, а затем приехала в Степногорск.
Возможно, из-за того, что она жила в стесненных жизненных условиях, у нее начала прогрессировать ужасная болезнь - клептомания, когда у человека появляется неосознанное желание «прикарманить» что-либо, даже не вполне сознавая, зачем он это делает.
Я излагаю все так, как рассказывала Галя, не вдаваясь в медицинскую терминологию и не беря на себя права судьи.
Итак, однажды, подружка из общежития застала Галю, когда она занималась изучением содержимого ее косметички.
Она, естественно подняла скандал.
Сбежались соседки, и девчонке был вынесен вердикт, в результате чего она стала изгоем в своем кругу.
Её просто начали игнорировать и даже чуть не исключили из комсомола.
Она стала подобием тени.
Так бывшие подруги расправились с несчастной девчонкой.
Мне было дико слышать эту историю, потому что казалось безжалостным так по-иезуитски поступать с оступившимся человеком.
Видимо, наше общество, во всяком случае в то время, было способно на это.
Галя, окончив рассказ, с надеждой смотрела на меня, а я просто не знал, какими словами успокоить девчонку и, не дай Бог, поранить ее еще сильнее.
Я только крепче обнял ее и вытер слезы.
И тут она разрыдалась. В этой истерике она изливала и горечь обиды на всех и боль, которую ей приходилось сдерживать столько времени.
Она вдруг увидела во мне родственную душу, которая после стольких издевательств хочет согреть ее и помочь расцвести буйным цветом.
Рыдания постепенно затихли, а девушка сжалась беззащитным комочком на диване.
Я укрыл ее одеялом, и Галя заснула крепким сном, как будто старалась забыть все плохое, что с ней случилось.
Она спала, когда пришли Миша и Мила.
Я зашел с ними в Мишкину комнату и коротко изложил то, что произошло у меня с Галей.
Надо отдать должное ребятам, которые ничем не выразили своего отрицательного отношения к моим словам, причем Миша пожал мне руку, а Мила просто расплакалась.
Я, откровенно говоря, был приятно удивлен, но мои товарищи стали мне сразу же гораздо ближе.
Галя проснулась в одиннадцать часов вечера, когда Миша уже уединился с Милой в его комнате.
Она растерянно посмотрела на меня, вспоминая, что с ней произошло, а затем ее лицо покрылось ярким румянцем, и она закрыла его руками.
Впервые за много лет я, абсолютный наглец, не знал, что мне делать, и только спросил у нее, не хочет ли она у меня остаться?
Галя молча кивнула головой.
Мы всю ночь лежали рядом, а девушка, положив мне руку на грудь, нежно перебирала на ней густую растительность.
В темноте я видел блеск ее широко открытых глаз.
Я так и не осмелился в эту ночь дотронуться до Гали, а она, пораженная моим ласковым отношением к ней, все время прижималась ко мне, не давая шелохнуться.
Затем я остался один, мучаясь в тоске от безделья, так как назначенный рыжей особой срок наступал только через неделю.
К Марине на свидание я не явился ни в этот день, ни после, убедив Мишу пояснить ей, что пока не буду зачислен на должность, все увеселительные прогулки прекращаю.
Я продолжал посещать спортплощадку и постепенно входил в спортивную форму, туда же часто приходил и Мишка, страстный любитель волейбола.
Через пару дней после первой нашей встречи, ко мне подошла Галя и с обидой спросила, что является причиной моего охлаждения к ней, после чего, естественно, завертелись наши отношения.
Никогда, ни до, ни после, у меня не было столь преданной подруги.
Она ловила мой взгляд и молниеносно угадывала все желания.