Джейн, Тарзан и Чита приехали поступать в в Приморский институт радиоэлектроники. Еще до первого экзамена уехал Тарзан, который заявил, что не в состоянии конкурировать с прическами мужской части студентов. За ним покинула город Джейн, отметив, при этом, что ей нет смысла оставаться здесь, так как девчонки из пединститута ходят в таких же коротких юбках, как и она. А вот Чита категорически отказалась уезжать, так как была твердо убеждена в том, что она является самой красивой студенткой в этом институте.
Мы купили какой-то подарок и явились к подружке Элеоноры в разгар праздника.
Меня поразил высокий рост присутствовавших там молодых парней, которые оказались игроками юношеской команды завода «Красный котельщик», причем взрослый состав этой команды периодически играл даже в высшей лиге первенства СССР.
Хотя я уступал им в росте, моя учеба в институте, а также то, что я приехал из Киева, разрешили ситуацию в мою пользу.
Весьма привлекательные девчонки, присутствующие на вечеринке, постоянно совершали попытки обратить на себя мое внимание. Они откровенно кокетничали со мной, чем вызывали резко негативное отношение к их поведению у ревнивой Элеоноры и здоровых местных парней, почувствовавших во мне серьезного конкурента, хотя я ничем не спровоцировал интерес к себе у местных девиц.
Чувствуя, что назревает скандал, я потянул за руку Элеонору, и мы, уже через час потихоньку покинули не ставшую мне близкой компанию.
В этот день я провожал Элеонору до дома, так как она сказала, что родители ее уехали, и я смогу переночевать в гостиной комнате их дома.
Я понимал, что совершаю опрометчивый поступок, но желание уединиться с красоткой одержало верх над разумом.
Действительно, дома у Элеоноры мы оказались вдвоем, и ночью она явилась ко мне, юркнув под одеяло. Затем она стала несвязно объяснять, что у нее был молодой человек, который погиб во время срочной службы а она его любила и перед отправкой в армию ему отдалась, но теперь полюбила меня и корит себя, что не сохранила невинность.
А я согласно кивал головой, думая про себя:
- Пой, ласточка, пой!
Когда Элеонора умолкла, я сбросил одеяло на пол и включил ночник, чтобы рассмотреть девушку неглиже.
Да, тут ничего не скажешь Девчонка была на загляденье! У нее была идеальная фигура, стройные длинные ноги, еще не очень развитые, но идеальной формы бедра! Ее высокая, но еще девичья грудь, была вызывающе приподнята.
Длинные пышные волосы разметались по подушке, и чудесные глаза с любовью смотрели на меня, изучая каждый сантиметр моего тела.
Все мысли перемешались в моей голове. Оставалось страстное желание обладать этой шикарной восемнадцатилетней красоткой!
В этот момент я ни о чем не думал.
Мы без всяких прелюдий обняли друг друга, свившись в тугой клубок и не распускали объятий до утра, поправ все правила “правильного” секса.
А уже утром я понял, что беды не миновать, так как после такого совокупления вероятность у Элеоноры забеременеть была необычайно высока!
Я был в ужасе, решив, что попал в капкан, и теперь мне не отвертеться!
За эту девчонку здесь меня и распнут, и кастрируют!
А потому надо было под любым предлогом делать ноги! А уже потом найти повод для ссоры!
Приняв решение, я нежно поцеловал Элеонору и попросил, чтобы она меня вывела в людное место.
Мы обнявшись направились в город, не говоря друг другу ни слова, и, прощаясь, девушка пригласила меня в гости на следующий день.
Я понимал, что так просто разорвать отношения не получится, и сказал, что обязательно приду.
На следующий день я явился по приглашению в назначенное время причем к Элеоноре в качестве гостей пришли также две девчонки из вчерашней компании. Они всё время вертелись вокруг меня, приглашали танцевать и нагло, вызывающе глядя на хозяйку, прижимались ко мне во время танцев.
Элеонора поддалась на провокацию и устроила скандал, практически выгнав девиц вон, а затем закатила мне дикую сцену ревности.
Этого оказалось достаточно для того, чтобы я, быстро собравшись, покинул пребывающую в истерике Элеонору, напоследок посоветовав ей регулярно пить бром.
С ней было покончено, но я абсолютно не жалел об этом, так как понимал, что поддержание отношений с психопаткой-аборигеном чревато для меня непредсказуемыми последствиями.
Выскочив, как заяц, из ее дома, я спохватился, что нахожусь во «вражеском» расположении и рискую получить по шее.
В отдалении, я заметил своих знакомых девчонок, держащихся за животы от смеха и обсуждающих только что проведенную диверсию.