Мы, немного погоревали и отправились на вокзал, откуда через пару часов отошел мой поезд на Днепропетровск под прощальный взмах руки пригорюнившейся Эльвиры, твердо пообещавшей посетить меня в Приморске перед Новым Годом по дороге в Краснодар, где она собиралась повидать своих родных.
Я простоял у окна вагона, который увозил меня от любимой девушки, всю дорогу до Днепропетровска.
Во мне боролись два чувства.
Одно говорило мне, что Эльвира действительно меня любит.
А другое сверлило мозг, напоминая, что мама вряд ли спокойно восприняла мое отсутствие в Приморске на праздники, несмотря на мои недостаточно аргументированные объяснения.
Я купил с рук билет до Ростова на проходящий поезд, предполагая сойти по дороге, и позвонил родственникам, чтобы сообщить им, что у меня все в порядке, но я не успею зайти к ним.
Они сообщила, что к ним звонила обеспокоенная мама, которая интересовалась, не гостил ли я у них, но те, помня мою просьбу, заявили, что я у них не появлялся.
Это меня сильно обеспокоило, так как мне было известно, что мама себя неважно чувствует.
Прибыв в Приморск, я сходил на почту, откуда позвонил в Киев и сообщил маме, что жив и здоров.
Мама необычно сухо переговорила со мной, практически не задавая вопросов.
Из этого я понял, что о моей поездке в Херсон каким-то образом стало ей известно, но потом решил, что это ее предположение, так как она могла лишь догадываться о том, что я хочу увидеться с моей подругой по отдыху в Евпатории.
Глава 15 Жизнь - театр
Да, наша жизнь - театр, и все мы в ней артисты!
Есть среди нас и честный муж, и сам «Нечистый»,
А рядом также негодяй, подонок мерзкий.
Но главное – то враг мой - господин Валевский!!
Я плюну на него и разотру, пожалуй!
Уж если ты артист, то все: играй, не балуй!
Не смешивай с игрой реальных дней теченье,
А хочешь, то убей, коль есть в душе сомненье!
Занятия в институте шли полным ходом: нам приходилось выполнять множество лабораторных работ по теоретическим основам электротехники (ТОЭ), по конструированию электронных ламп, по электронно-измерительным приборам, переключающим устройствам и другой ерунде (всего, сорок лабораторных работ за семестр).
В пятом семестре мне было необходимо выполнить и защитить курсовой проект по электронным лампам, в котором я должен был произвести расчет характеристик пентода, выполнить чертежи его общего вида и ответить на ряд теоретических вопросов.
Кроме того, по ТОЭ мне досталась четырехконтурная электрическая цепь, содержащая более пятидесяти элементов, из которых более тридцати представляли собой конденсаторы и емкости, то есть элементы с реактивными составляющими.
Для того, чтобы получить зачет по курсовой работе по ТОЭ, требовалось рассчитать все параметры сети с помощью логарифмической линейки и построить необходимые графики.
Положительным было то, что, в основном, курсы лекций читали знакомые нам преподаватели.
По последнему разделу функционального анализа и абсолютно новому предмету, связанному с рассмотрением принципов действия ламповых и полупроводниковых усилителей и расчету элементов их принципиальных схем, преподаватели были нам неизвестны.
Об одном из них, доценте ведущей кафедры, по фамилии Валевский, который читал курс по усилителям, ходили легенды, как о необычайно самолюбивом, подкожном и любящем отравлять жизнь студентам молодом человеке с садистскими наклонностями.
В пятом семестре он только начитывал лекции, но ни лабораторных работ, ни экзамена по его предмету в плане не было.
Поэтому я периодически, пропускал его лекции, надеясь, что он не обратит своего внимания на мое отсутствие среди ста пятидесяти студентов нашего потока.
Я считал, что проще было пожертвовать его лекцией, а затем переписать ее содержание в свой конспект, чем пропустить лабораторную работу, так как мне было необходимо присутствовать на утренних репетициях в театре, таскать декорации, поднимать и опускать кулисы.
Я не знал, что этот тип исподтишка требовал журналы посещаемости у старост групп в перерывах лекций и постепенно запоминал наши фамилии, добившись, благодаря своей неординарной памяти, желаемого результата, – без лишнего шума и гама зафиксировал отсутствующих на каждой его лекции студентов.