"Поясните поподробнее. Этот ваш гений пытался мне растолковать, но я с трудом понимаю его английский. В чем, черт побери, его новая идея?" "Весь фокус в том, что ледокол..."
Дорогой господин Лукацкий! Разумеется, вас не существует и не может существовать в нашем израильском обществе, отличающемся нечеловеческой порядочностью. Все мы - люди высокой еврейской чести и просто неспособны на подлость. Ведь мы такие богобоязненные, что ну ни одной заповеди просто не способны нарушить, а у нас их целых десять. Но если бы вы и существовали, то, тем более,все, что тут сдуру наплел зловредный Шлема, злостная и неумная клевета на сияющую действительность. Ни одну ученую собаку никто так не опекал десятки лет, как вы своих репатриантов, дорогой Самуэль. И надо же, такое придумать - обокрал, подставил, сам подставился. Хорошо зная многие годы вам подобных, я возмущен "творчеством" Шломы Вульфа. Сам не знает, что он пишет. Вас он вообще выставил фраером. Да ни в жизнь вы бы никакому борзописцу из "русской" газеты не поверили бы и никакому Манго (которого, кстати, вообще не рождала на свет наша благословенная нация сроду, кого угодно, только не миллионера, способного поверить профессору Лукацкому, да еще с опорой на олимовскую идею) вы бы никогда от своего имени ничего не рекомендовали. Для этого же надо поверить черт знает кому! Сочинительство г-на Вульфа злобное, показывающее полную некомпетентность автора. Такое "произведение" неприятно держать в руках. Оно пропахло некомпетентностью, клеветой и откровенным хамством! Скорее всего, этот "совок" не желает разбираться с тем, что происходит вокруг и потому воспринимает происходящее с враждебностью, достойной другого применения. Какого, спросите вы? Мог бы, скажем, вступить в "Моледет"... И то лучше, чем поносить всех лучших из лучших, а-с-собака... И вы знаете, что он мне сказал, когда я ему все это устно и печатно высказал со свойственной нам с вами прямотой и тактичностью? Что даже если бы ни меня, ни вас, ни Бейцана не существовало, он бы в своем дурацком опусе "Тяжелая вода" ни словом, ни намеком не раскрыл бы гласно технологию доктора Гольфера, хотя итакого "доктора", к тому же, не могло существовать на свете... А если бы и существовало, то никакой, дажевиртуальный Манго ему бы и шекеля не дал, не то что доллара. Но вы только послушайте, чего он насочинял дальше!.. ВАШ ИСКРЕННЕ - САМ ЗНАЕТЕ КТО..
"То есть я могу рисковать на этот раз..." "Думаю, что без проигрыша Джосеф. Этот Гольфер действительно дал вам надежную идею. Простую и дешевую, как апельсин." "Хорошо, а как насчет прочей воды, кроме питьевой?" "Для того, чтобы компенсировть потерю стока с Голанских высот (435 миллионов кубометров в год) нам следовало бы отловить, растопить где-то и перевезти на танкерах в Израиль воду из 300 полуторамиллионных айсбергов, а для замены 650 миллионов кубометров, которые мы отдали палестинцам - еще из 450! Если миллиарды килокалорий, которые таяние пятидесяти бергов в год отнимет у атмосферы и прибрежных вод Азор, относительно быстро компенсируются мощными воздушными и морскими течениями в Атлантике, то те же операции с сотнями айсбергов Автономию просто заморозят! Но можно арендовать шотландские фиорды - loches - и делиться при этом водой с Англией. Так или иначе, все эти мероприятия не вернут нам того, что мы подарили арабам за мир, которым сейчас наслаждаемся..." "Этого уже не вернешь. Но какова себестоимость нефасованной воды? Насколько я конкурентоспособен на рынке поливной воды с фирмами, занятыми опреснением?" "То, что они сегодня производят, обходится им в два доллара на тонну, а нам при перевозке танкерами обойдется в 2,5, то есть почти то же самое, но без экологических потерь из-за сброса солевых отходов в море. К тому же, наша вода не только лучше опресненной, но и не уступает той, что везли из Турции на таких же танкерах втрое дешевле, не дороже доллара за тонну..." "...Пока турки не подняли цену на саму воду! А тут цену устанавливаем мы сами... В любом случае, мы сможемконкурировать на питьевом рынке за счет абсолютной чистоты и прочих уникальных качеств нашей воды, которые еще исследовать и исследовать биологам. В Европе и Канаде давно продают талую воду по цене полтора доллара за литр." "Ладно. Ледокол в пути?" "Он идет к вам со скоростью 18 узлов, имея на борту все необходимое. Док и завод строятся полным ходом." "Это означает, что при фиаско в этом случае я теряю еще больше..." "Я почти уверен, что мы и доставим айсберг на Азоры, произведем фасованную воду, и продадим ее. Хотя наши расходы вдесятеро выше, чем у конкурентов, с первого же берга мы получимвдвое больше, чем вложили во все предприятие." "Гольфер ведет себя прилично?" "Вполне. По-моему, он уже не тот." "Деньги меняют личность..."
***
Между тем, воду в Иерусалиме подавали по часам и такую мутную, что ее категорически запрещалось употреблять без кипячения не менее трех минут. Она пахла чем угодно, только не водой. Привычные фильтры быстро выходили из строя и не уничтожали запахов и привкуса. Цена на нее, между тем, подскочила втрое по сравнению с "военным временем". Дина пила чай из воды, доставленной ей по договору в баллонах "невиот" из гор Нафтали у Кирьят-Шмоне стоимостью уже не тридцать семь, а сто двадцать шекелей за бутыль и подсчитывала, сколько она тратит сегодня на воду. Яков, приняв довольно скудный и вонючий душ после работы, смотрел по телевизору передачу о грандиозном успехе Джосефа Манго по доставке айсберга в док на Азорах и о выходящем в Израиль первом судне с 1600 контейнерами на борту. Каждый контейнер, вмещающий 1200 баллонов по 23 литра чистейшей талой воды, специально обогащенной солями, был предназначен для того, чтобы напоить около шести тысяч человек в сутки из расчета пять литров на человека. Цена на талую воду была относительно низкой, а потому ее заказали более половины жителей севера. Одно судно способно было поитьХайфу в течение двух месяцев. Два следующих судна готовились выйти в море с заходом в Ашдод - для Большого Тель-Авива,одно для Иерусалима и еще одно, следующее через Суэцкий канал, для жителей юга страны. Система начала работать сразу с максимальным размахом. Одновременно шли айсберги и в Шотландию, где воду ждали контейнеровозы и танкеры.
С неменьшим размахом жила и семья Гольферов. Они расплатились, наконец, с банком Идуд, имеющим аппетит пираньи, и теперь из щедрот Манго готовились расплатиться с машкантой. Яков и Дина напряженно вглядывались в экран, где сладкоголосыйдоктор Самуэль Лукацкий скромно открещивался от похвал телеведущего. Он подчеркивал, что успех мероприятия по спасению Израиля от разразившегося мира вкупе с во-время подоспевшей засухой, вовсе не принадлежит только его личной творческой мысли. "А теперь мы спросим мнение доктора Менахима Каца, - счастливо улыбался ведущий. - Его знают сотни ученых и инженеров. От имени своей организации доктор Кац организовал ряд семинаров с привлечением ведущих специалистов разных министерств." "Наша цель, - честно смотрел в объектив Кац, - была привлечь ученых-репатриантов к решению сложнейшей задачи водоснабжения страны. Нам удалось получить фонды, позволившие создать широкую программу. Как только проект репатрианта признавался приоритетным, мы увеличивали его финансирование и..." "Вы имеете в виде и внедряемый проект? В нем что, тоже принимали участие ученые репатрианты?" "И в значительной мере. Среди прочих я могу назвать имена..., - последовал немалый список, - а также доктора Яакова Гольфера из Иерусалима, предложившего несколько оригинальных решений, на основании которых возможно получение международного патента..."
"Яша, - взволнованно сказала Дина. - Так что тебе сказал Манго?" "Ничего конкретного. Со мной давно говорят только его помощники. Дескать, босс занят." "А когда мы получим твои "great money" и перестанем, наконец, корячится?" "Не знаю. Об этом пока ни слова." "А адвокат, у которого вы подписывали контракт?" "Адвокат отсылает меня к Манго. Это, мол, не его дело..." "Яша, надо подвать в суд!.." "Ты что! Он мне пока регулярно переводит по три тысячи долларов в месяц..." "...из которых половину забирает мас ахнаса, как за вторую работу. И мы все переводим на погашение машканты..." "Если я начну с ним судиться... Подумай сама - судиться с Манго! Да он тут как рыба в воде, а я кто?.." "Так что же делать, Яшенька? Ведь они тебя фактически снова обокрали! Но на этот раз они украли миллионы..." "Что делать, если они просто неспособны мыслить иначе, как путем тотального стяжательства и обмана. Если есть возможность безнаказанно отнять хоть шекель... Не так ли вели себя все балабайты, с которыми мы вели дело до покупки квартиры. Но этот проиграет... Он потеряет больше, если не образумится, Диночка." "Господи, да что ты можешь сделать-то! О тебе так никто и не узнал. Назвал этот Кац тебя в числе прочих, как статиста. Ты, как и был, никто. Чем ты теперь можешь угрожать?"
"Я не стану ему угрожать... Я его просто разорю, как только мы выплатим машканту и станет ясно, что остальное он мне платить по договору не собирается. А дальше будем жить, как и жили. В конце концов должен же кто-то хоронить евреев в святую землю..." "Господи, сколько я об этом слышала... Знаешь что? Нам осталось всего ничего. Не жди, нападай на него, если действительно можешь. Заработаем как обычно. Рискни ради того, чтобы отплатить Манго за его "честность и щедрость". Только вот уму непостижимо, как можно отомстить такому монстру, да еще на вершине его могущества."