— Ой! — ахнула я, роняя нож. Он стукнулся о пол и закатился под табуретку.
— Вот черт! — горе-учитель принялся размахивать раненой рукой. Мне удалось поймать его ладонь, оглядеть порез и, отыскав в кармане юбки условно чистый платок, туго перевязать.
— Да не махай ты так рукой! — я схватила его за запястье. — Какой ты неаккуратный!.. Очень больно?
Он промолчал, и я внутренне сжалась, ожидая грозы на свою голову, но ее почему-то не было. Вместо того, чтобы ругаться, Кар-Сэрс поймал мою руку и сильно, до боли, сжал пальцы, притянув меня к себе. Стукнувшись носом о его могучее плечо, я поморщилась и подняла голову, неожиданно близко увидев его глаза. Они казались мне огромными, загадочными и глубокими, полными тепла. Я неуверенно улыбнулась ему и легонько пожала плечами. И, как назло, в такой романтичный и пикантный момент, дверь в кабинет стала медленно открываться. Застигнутые врасплох, мы шарахнулись друг от друга, как кошки, застуканные прозорливой хозяйкой возле крынки сметаны. На пороге появился Кэпэн. Он специально глядел в сторону, тем самым демонстрируя свое пренебрежительное отношение ко мне и, пожалуй, к Кар-Сэрсу тоже.
— Кинжал решила отправить вас двоих в патруль, — кратко доложил он. — Сегодня вечером. Смените Торни и Луэллу у Алой реки.
— У Алой реки? — хором переспросили мы. В моих глазах зажегся азарт и любопытство, в глазах Чета — ужас.
— Нет, это невозможно! Мы не можем идти в патруль! Она не может! — Кар-Сэрс уставился на меня дикими глазами.
— Все я могу! — нахмурилась я.
— Я говорил Кинжал то же самое, но она твердо стоит на своем, — криво ухмыльнулся Кэпэн. Я внимательно глянула на него. С чего это ему вставать на мою сторону, а? Что-то тут нечисто…
— Но… — начал было Кар-Сэрс, но Кэпэн не дал ему договорить.
— Все, Кар-Сэрс. Устав ты знаешь: убивать тварей разрешается, покидать пост запрещено. Утром вас сменят. Желаю удачи.
Он с явным удовольствием захлопнул за собой дверь, и в наступившей тишине мы услышали его шаги, удаляющиеся по коридору.
27
— Патруль! Это же здорово! — Маричка радостно захлопала в ладоши. Кар-Сэрс явно не разделял ее энтузиазма. Она это заметила и, сдвинув брови, сложила руки на груди.
— Ну, чего скис? — поинтересовалась она. — Боишься?
— Боюсь, — честно признался Чет. — За тебя.
— Нечего за меня боятся! — хмыкнула ученица. — Да я этих тварей… Ух, и надерем мы им шкуру, если встретим! Я тебе отвечаю! Я-то знаю, как с ними бороться!
Кар-Сэрс вспомнил глупую байку про прокушенное ухо, и на губах его заиграла дурацкая улыбка, которая не укрылась от девушки. Надувшись, она толкнула его в бок.
— Не веришь? Ну и не надо! Завидуй молча!
Парень с затаенным удивлением воззрился на нее. Странная она какая-то. Ведь он буквально минуту назад показал ей, что неровно к ней дышит, а она… Нет чтобы краснеть, загадочно молчать и тупить взгляд, как другие девчонки делают! Так она вместо этого запросто с ним болтает, как ни в чем не бывало!
— Ты что, совсем не боишься? — он попытался заглянуть ей в лицо, но она обиженно отворачивалась.
— Нет! Ни капельки! — видимо, ей надоело дуться, и она вскинула на него зеленые глазищи. — Двум смертям не бывать, а одной не миновать! Так моя бабушка говорила… А ты чего весь какой-то дерганый, бледный? Не заболел?
Кар-Сэрс мотнул головой, покусывая губу.
— Неужели из-за патруля? Ты что, в патруль никогда не ходил? Про тебя же говорят, что ты в Южном лесу не одного оборотня ухлопал! Или врут?
— Не врут, — нахмурился Кар-Сэрс.
— Кстати, давно хотела спросить… Что-то в последнее время много чего произошло, и я все забываю… Короче, что происходит? — она рассердилась на себя за то, что позволила себе мямлить перед ним. — Еще тогда ночью, помнишь? Ты заявился ко мне в таком состоянии! Будто белены объелся! Потом звал на задание, а сам же говоришь Брумху, что мне еще рано… И ты ведь наверняка в курсе дел и что-то знаешь про оборотней в лесу! Ну? Что молчишь?
Чет и впрямь молчал, не зная, что ей ответить. Рассказать всего он не мог, да она бы и не поверила. Что же делать?
— Прости, — он опустил глаза в пол. — Я не могу тебе рассказать. Я понимаю, что со стороны все выглядит странно, но… я просто не могу. Ты понимаешь?
Он ждал чего угодно — упреков, обиженного взгляда, но она неожиданно серьезно глянула на него.
— Я понимаю, — тихо ответила Маричка, легонько касаясь его перевязанной ладони. — Понимаю… Но обещай мне, что больше не будешь меня так пугать и обязательно расскажешь обо всем, когда закончится вся эта путаница.