Первый расцветал в улыбках и одобрительно кивал головой:
- Вот и хорошо! Вот и расчудесно! Теперь попрошу тебя набросать еще одну модную теорийку. Наподобие той, по которой мы создали "Миссию истинного божественного света". Чтобы люди не лезли в политику, надо занимать их мозги чем-нибудь иным. Что нужно людям? Пища для желудка и для ума. Она не должна быть слишком тяжелой и обязана создавать иллюзию сытости. Понял? Иллюзию, и не более! Я не заинтересован в том, чтобы они и в самом деле были сыты. Сытый человек неуправляем. Таковы мои соображения по данному поводу. Придумай что-нибудь такое, - Первый пощелкал пальцами. - Чтобы там было немного против официального учения. Почти незаметный штришок. Совсем чуть-чуть. Это привлекает. Случайно заметившие этот штришок будут считать себя почти революционерами, этакими тираноборцами! Приятно покрасоваться перед барышней критическим образом мыслей. Ха-ха-ха! Любая плесень думает, что она производит пенициллин, и каждая жаба пытается выкарабкаться на кочку, чтобы осчастливить своим видом как можно большее количество зрителей! Много тебе надо времени на размышления?
Глаза Универсуума вдохновенно заблестели:
- Времени не надо вовсе. Я готов уже сейчас. Можно, например, ввести хорошо забытое старое... Почему бы и нет? Итак, начинаю! Мир сейчас становится все сложнее. Наука, его объясняющая, для большинства обывателей - непостижимая тайна. Самое время возродиться мистике, алхимии. Пусть ум людей работает на холостых оборотах. Они утешатся самообманом, убедив себя, что понимают Мир и могут управлять им с помощью иррациональных сил. Вспомним алхимию. Именно так! В алхимии наибольший интерес для нас представляет ее философия.
- Очень хорошо! - поощрил его Первое Доверенное Лицо. - Диктофон включил? - обратился он к секретарю.
- Да.
Универсуум вперил взгляд в пространство. Он уже никого и ничего не видел.
- Микрокосм-человек и макрокосм-Вселенная развиваются параллельно. Следовательно, человек содержит элементы, соответствующие трем ступеням бесконечного. Телесная материя противостоит астральной мировой душе. Логос трансформирует нас так же, как философский камень - металлы. Превращение металлов - частный случай. Жизнь - алхимический процесс, а физические процессы и процессы химические есть повторение феноменов души...
Универсуум все говорил и говорил, а Первый откровенно скучал. Он зевал и, поглядывая в окно, полировал ногти.
Универсуум говорил все медленнее и, наконец, умолк. Возбуждение, вызванное наркотиком, спало, и он угрюмо смотрел в угол.
Первый бросил ему еще один шприц-тюбик. Универсуум ввел в вену его содержимое и оживился сильнее прежнего.
- Теперь в отношении намеченного тобой эксперимента. Ты уверен, что возможно сращение живого мозга и куска железа с электрическими импульсами в нем?
- А человек - кусок мяса с электрическими импульсами в нем! - захохотал Универсуум. - К тому же, суперкомпьютер в Доме эвтаназии - машина небывалой мощности! И вообще...
- Ясно, - прервал его Первый. - Как ты думаешь привлекать в Дом эвтанзии качественный человеческий материал? Есть ли необходимость составить списки нужных нам людей и провести широкомасштабные акции? Я предпочел бы иной путь. Акция такого размаха вызовет нежелательное волнение. Но главное - земляне могут узнать. Логос ты мой, как они мне надоели! Всюду суют свой нос!
Универсуум потряс кулаками и завопил, подмигивая то Первому, то замершему, словно манекен, секретарю:
- Зачем акции?! Зачем захват?! Где это вы видели, чтобы мышеловка бегала за мышью? В Дом эвтанзии сами пойдут лучшие умы Фирболгии. - Слова выскакивали из щербатого рта Универсуума часто и отрывисто, словно кто-то сыпал сухой горох в пустую кастрюльку. - Так называемый средний человек не пойдет на добровольное умерщвление. Он за жизнь зубами держится. Он у другого кусок изо рта выдерет, чтобы выжить. Человек неординарный, талантливый имеет тонкую, ранимую структуру нервной системы. Ты, Первый, создал такие условия для талантливых и порядочных людей, что многие видят выход только в эвтанзии. Видимо, и среди подлецов есть специфические гении, и ты, в самом деле, первый среди них!
На жилистой шее Первого вздулись толстые синие вены.
- Ну иди, дружок. Иди! Не то собачек спущу. Не потому, что я на тебя обиделся, а чтобы наказать за низкий уровень каламбура. - Старик тщетно пытался придать оскалу добродушие. - Аудиенция, которой я тебя удостоил, закончена.
Подталкиваемый секретарем, не переставая говорить, Универсуум вышел из кабинета.
Когда секретарь вернулся. Первый, брезгливо морщась, приказал:
- Помещение проветрить! Кресло, на котором сидело это животное, поменять!
Приказ был выполнен без промедления.
Первый подвигал бровями, почмокал губами и проговорил голосом капризного карапуза, обращаясь к секретарю:
- Что же ты, паршивец этакий, не торопишься показать мне моего божественного шефа? - Мешочки щек у него затряслись от сдерживаемого смеха. - Непостижимому не полагается ждать так долго. Он может заскучать и потерять аппетит. Это будет для меня большим ударом. Я этого не переживу.
Секретарь обнажил десна в понимающей улыбке.
- Его сейчас введут.
В кабинет вошел хмурый долговязый человек в белом халате. Он вел за руку... Непостижимого. Олицетворение бога двигался, как автомат. Лицо его было отечно, остекленевшие глаза ничего не выражали.
- Стой! - скомандовал врач.
Непостижимый покорно остановился.
Первое Доверенное Лицо вышел из-за стола и подошел к Непостижимому. Он обошел его со всех сторон, заботливо осмотрел, пригладил вихор на затылке.
- Хорош! Хорош! Вот только волосы у этого экземпляра чуть темнее...
- Обесцветим, - хриплым басом пообещал доктор.
- Волосы у него, как мне кажется, несколько гуще, чем у предыдущего Непостижимого.
- Сделаем реже. Часть эпилируем, - равнодушно согласился эскулап.
- Прелестно, - сыто мурлыкал Первое Доверенное Лицо. - А не будет ли инцидентов, как в случае с Непостижимым - порядковый номер четыре? Не ляпнет чего-нибудь такого?
Доктор был категоричен:
- Не ляпнет. Нервус лярингенус реккуренс я перерезал весьма тщательно. Голос у него пропал раз и навсегда. Он и пикнуть не сможет. Мы так всегда делаем нашим собачкам, когда оперируем их без наркоза. Воют, проклятые, сосредоточиться не дают.
- Как вы циничны! - поежился Первый. - Скажите, как в отношении управляемости?
- Он получает уже три дня наркотики и транквилизаторы в предельно допустимой терапевтической дозе. Теперь он вполне управляем.
- Продемонстрируйте! - потребовал Первый.
- Как вы относитесь к вашей немоте, возникшей в результате проведенной мною невротомии?
Непостижимый, склонив голову набок, кивнул.
- Нет, нет, нет! - замахал руками Первое Доверенное Лицо. - Разве так кивает ипостась Логоса?! Так может кивнуть простой, самый обыкновенный человек. Я, например. Воплощение бога живого должен кивать так, чтобы внутри заледенело, чтобы речь отнялась безо всякой там "томии". Нужна еще и еще дрессировка. То бишь, тренировки и репетиции! Возьмите лучшего актера нашего театра, играющего трагические роли. Пусть натаскивает болвана на роль бога.
Секретарь кивнул и что-то черкнул в своем блокноте.