- Уберешь это барахло? – она показала на метлу и совок.
- Конечно, - кивнула Келли.
Рамона мило улыбнулась и засунула очки в карман. Их женщины должны были приобретать сами.
- Мой прихватишь, пожалуйста? – Рамона бросила Лорне фартук.
Лорна поймала его на лету и побежала к корзине для грязных вещей. Помещение должно было быть вылизано до блеска, прежде чем им разрешат пройти металлодетектор и отправиться на ужин. Несколько женщин уже нетерпеливо поджидали возле своих рабочих мест.
Келли с отсутствующим выражением лица повесила метлу на место.
- О чем задумалась? – с любопытством спросила Рамона. Ей пришлось встать на цыпочки, чтобы повесить на стену свою метлу.
Келли выхватила метлу у нее из рук и вставила в гнездо, не отрываясь от размышлений. У нее не было достаточно денег, чтобы подкупить управляющую, а после стычки с Катриной она приобрела славу нарушительницы дисциплины. Ни охранники, ни администрация не горели желанием сделать ей одолжение. Тем не менее, у нее было что им предложить.
- Сама пока не знаю.
- О нет! – Рамона покачала головой, и ее смешная прическа запрыгала в такт движениям. – Это что-то темное. Мне не нравится, когда у тебя такое выражение лица, chica, - она облокотилась о стол. – И Лорне это тоже не понравится.
- Она мне не нянька, Рамона, - рассеянно ответила Келли и встала за свой верстак.
- А она об этом в курсе?
Келли криво усмехнулась.
- Вполне возможно, что нет.
ГЛАВА 7
Июль 2002
Келли до сих пор оглушала тишина, наступавшая по ночам.
Тюрьма была таким шумным местом – треск звонков, шум механизмов, громкие голоса и всегдашний общий гул оттого, что слишком много людей было заперто в слишком тесном пространстве. А вот по ночам здесь становилось тихо, как в могиле, если не считать случайных сексуальных выходок их чрезмерно активных соседок или мягкого стука ботинок охраны.
Келли беспокойно, но осторожно заворочалась, помня о женщине, спавшей на верхней койке, и взбила подушку, стараясь устроиться поудобнее.
Хрипловатый голос Лорны нарушил молчание.
- Уже за полночь, тебе нужно спать.
Келли открыла глаза и уставилась на верхнюю койку.
- Откуда ты знаешь, что я не сплю?
- Ты не храпишь.
Келли несколько раз моргнула, пока ее зрение медленно приспосабливалось к тусклому освещению.
- Я храплю?
- Да.
Келли поглубже зарылась в подушку.
- Ну ладно, в следующий раз можешь проигнорировать мой вопрос, как ты обычно и делаешь. Я не хочу такое знать. И так плохо, что у меня теперь нос не совсем прямой. Выгляжу, как тормознутый боксер-неумеха.
- Да это почти незаметно. А то, что чуть-чуть заметно, так это даже лучше.
- Врушка!
- Хочешь верь, хочешь нет, но твой нос был слишком безупречным. А теперь в нем есть отличительная черточка. И я не игнорирую твои вопросы, и ты это прекрасно знаешь. – Лорна перекатилась на бок и подперла голову рукой. – Ты чего такая вредная?
Келли вздохнула.
- Я как-то беспокойно себя чувствую. Как один из тех жалких белых медведей в зоопарке, который только то и делает, что бродит взад и вперед по клетке. Разве это не достаточный повод повредничать?
- Животные в своих клетках спят, - Лорна вытянула руки перед собой и потянулась к потолку, хоть он и был слишком далеко. - Это общеизвестный факт. Ладно, забудь про белых медведей. У тебя когда-нибудь была собака?
- Неа. До тех пор, пока мне не исполнилось десять, я просила родителей завести собаку, но со временем сдалась. Мама сказала, что они грязные и оставляют слишком много шерсти на мебели. А у тебя была?
Лорна кивнула.
- Однажды. Щенок черного лабрадора, Кирби. Мама переехала его машиной на нашей подъездной дорожке, когда сдавала назад. Мне тогда было десять. Она мне ничего не сказала. Той ночью у нас прошел ледяной дождь. Утром, когда я шла в школу, я его нашла – замерзшего и раздавленного. А днем мне пришлось отскребать его с дорожки лопатой для снега. После этого я никогда не хотела заводить домашних животных.
- Понять не могу, почему бы это? – скривилась Келли. – Ох, у тебя все твои детские истории такие отвратительные и печальные?
Лорна тихонько фыркнула.
- Не совсем. Даже в моей семье приключались неплохие деньки время от времени. Это просто плохие воспоминания, они ярче, понимаешь? Один звук или запах – и они поднимаются со дна, хочешь ты этого или нет. Они словно выжжены у меня в мозгу.
- А ты не думаешь, что со временем они могут стереться?