Благодаря подготовительной работе все райотделы милиции были готовы к отражению нападений боевиков. Ни один из них не был захвачен бандформированиями <…>
Начиная с 7 августа с.г., я неоднократно обращался к министру обороны, командующему войсками Северо-Кавказского военного округа, а также в правительство России, лично к секретарю Совета безопасности РФ А.И. Лебедю с просьбой о вводе в ЧР дополнительно двух мотострелковых полков ВС для усиления группировки Объединенных сил в республике. Так как положительного решения не было принято, 13.08. 1996 г. я направил официально телеграмму в адрес министра обороны, секретаря Совета безопасности, председателя правительства РФ о необходимости направления в резерв командующего группировкой объединенных сил двух мотострелковых полков. 14 августа поступила команда о прекращении боевых действий <…>
По своему служебно-боевому предназначению ВВ и органы МВД РФ основные усилия сосредоточивали на поддержании общественного порядка, проведении специальных операций, а также обеспечении безопасности выделенных под охрану объектов г. Грозного.
Несмотря на многочисленные просьбы и заявки о придании артиллерии от Минобороны для действий в интересах подразделений ВВ, со стороны командования объединенных сил положительного решения не было. Командующий войсками Северо-Кавказского военного округа, являясь старшим армейским начальником, отвечающим за координацию действий войск в соответствии с указом президента России от 29 декабря 1995 г. № 1330, ограничил применение артиллерии в интересах ВВ. Только 12 августа с.г. в 12.15 состоялось его решение о придании группировке ВВ в ЧР для действий в городе гаубичной батареи 2С1 в составе четырех орудий. Обеспечить поддержку подразделений ВВ, действующих в городе, таким составом артиллерии было невозможно <…>
Таким образом, основная тяжесть выполнения огневых задач по поддержке действий подразделений ВВ легла на штатную артиллерию ВВ, имеющую малые огневые возможности по дальности стрельбы, мощности боеприпасов и по численности <…>
Подобная картина складывалась и по применению авиации. Между тем заявки на поражение целей подавались ежедневно <…>
Потери внутренних войск и органов внутренних дел в личном составе, вооружении и технике за период ведения боевых действий с 6 по 23 августа 1996 г. в г. Грозном составили: убитыми — 192 (ВВ — 168, органы внутренних дел — 24); ранеными — 1126 (ВВ — 912, органы внутренних дел — 214).
Получили боевые повреждения и вышли из строя: 47 единиц бронетехники, 30 единиц автомобильной техники, <…> сбито и выведено из строя 4 вертолета МИ-8 <…>
За время ведения боевых действий в августе с.г. в г. Грозный ни один объект, охраняемый и обороняемый подразделениями и частями ВВ и органами внутренних дел, не был сдан боевикам <…>
Считаю, что сдача г. Грозного была предопределена не действиями федеральных сил, а политическим решением секретаря Совета безопасности Российской Федерации А.И. Лебедя.
Министр Куликов».
Действия А.И. Лебедя в августе 1996 года я и сегодня называю предательством. В предательстве, в отличие от ошибки, всегда можно обнаружить корысть. В предательстве, в отличие от спонтанных решений, обязательно откроются следы сговора.
И даже трагическая гибель Александра Лебедя в апреле 2002 года, в дни, когда эта книга уходила в печать, не отменяет этой уверенности. Что было — то было.
Но, конечно, по-человечески мне жаль Лебедя-солдата…
Секретарь Совета безопасности, появившийся в Чечне в середине августа, я уверен, умышленно тормозил действия федеральных войск по уничтожению боевиков. К тому времени к обороняющимся в Грозном военнослужащим ВВ и сотрудникам милиции уже были пробиты «коридоры».
Да, были потери и в эти дни, но они были куда меньше, чем вначале. И речи не могло идти о том, что кто-то дрогнул, кто-то побежал… Ведь ни одного объекта ни внутренние войска, ни милиционеры не сдали. Более того, даже при отсутствии существенной помощи со стороны Министерства обороны в некоторых районах Грозного внутренние войска сумели перехватить инициативу и частично восстановили утраченное положение.