В условиях, когда междугородная связь ВС оказалась практически парализована, ФНРП до настоящего момента располагает всеми видами связи с регионами и активно воздействует на настроение советов в них. ВОПРОС О САМОМ ТЕСНОМ СОТРУДНИЧЕСИВЕ С ФНРП ДОЛЖЕН БЫТЬ РЕШЕН НА УРОВНЕ СПЕЦИАЛЬНОГО ПОСТАНОВЛЕНИЯ ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ СЕССИИ.
Связи с регионами, как уже неоднократно отмечалось, налажены у Верховного Совета пока чрезвычайно слабо. На середину дня нет никакой информации по 60 с лишним субъектам Федерации относительно позиции советов и глав администраций в соответствующих регионах. Естественно, что о выработке сколько-нибудь реалистической политики в подобной ситуации говорить пока практически невозможно. Некоторые выводы:
1. Если благодаря усилиям МФП сколько-нибудь массовую забастовку в Москве против путчистов удастся во второй половине дня организовать и собрать несколько десятков тысяч человек вокруг Дома Советов и зданий силовых министерств и Совмина (в первом случае — для защиты, во втором — для оказания политического нажима на коллегии соответствующих министерств), можно выиграть время для прояснения региональной ситуации и смещения нынешнего неустойчивого равновесия в свою пользу.
2. На телевидении и радио фактически существует раскол; надо всеми средствами усилить нажим и «дожать» ситуацию во чтобы то ни стало: информационная блокада должна быть пробита любой ценой, регионы должны наконец получить полную правдивую информацию о решении Верховного Совета и президента. В противном случае НАДО ПРИНЯТЬ РЕШЕНИЕ О ПРЕКРАЩЕНИИ ВЕЩАНИЯ ИЗ ОСТАНКИНО И РЕАЛИЗОВАТЬ ЕГО ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ. Чисто технически прервать энергоснабжение вполне возможно — в самом худшем случае это решение продемонстрирует жесткость и решимость новой власти.
3. Верховному Совету и новому президенту (Т. е. Руцкому. — Авт.) — если сравнивать ситуацию с 19–21 августа 1991 года, РЕЗКО НЕ ХВАТАЕТ ДИНАМИЗМА. Решения затягиваются до бесконечности, применяется тактика пассивного выжидания в расчете на то, что противник рухнет первым. Но, так как противник извлек необходимые уроки из провала ГКЧП, он тоже применяет в настоящее время тактику выжидания в расчете, что первой рухнет как раз новая власть — тем более, что организационно она работает пока крайне неэффективно. НЕОБХОДИМО НАЙТИ СПОСОБЫ УСИЛЕНИЯ ПОЗИЦИИ — ИНАЧЕ НАС МОЖНО РАЗДАВИТЬ ВСЕ ЕЩЕ ОДНИМ БАТАЛЬОНОМ.
4. Необходимо всерьез думать об установлении жесткого контроля сторонников конституционного строя минимум над нескольким ключевыми регионами страны. Тогда при самом худшем варианте развития событий в Москве случившееся не будет катастрофой. Ключевая проблема — созыв съезда».
Сама эта бумага вполне годилась бы для музея, тем более что теперь содержала она лишь несбывшиеся надежды и становилась документом ушедшей в небытие политики. А значит, политики мало кому интересной. Но мое внимание остановила вот эта циничная в своей деловитости фраза умного и беспощадного человека: «Надо принять решение о прекращении вещания из Останкино и реализовать его любой ценой». Думаю, не он один «накручивал» Александра Руцкого, но и не сомневаюсь, что личный «вклад» этого аналитика в смуту никак не меньше, чем тот, что был у гранатометчика мятежников, первым выстрелившего в дверь телецентра. Если доведется им обоим прочесть эти слова, пусть вспомнят они убитого ими на пару в Останкино рядового Николая Ситникова да истерзанную горем его маму. Всех тех, кому предопределила судьбу эта подлая бумага, где и цели были прописаны детально, и оговорена точная плата: «Любой ценой…»
Хорошо, что нам удалось предугадать события. Потрепанные, побитые, но не утратившие боевой дух наши части уходили из города. Уходили, чтобы через самое короткое время вернуться в Москву — вооруженными, экипированными, на грозной броне боевых машин. Но пока, без оружия, они представляли из себя легкую добычу, и в этот сложный момент их вплоть до шоссе Энтузиастов сопровождали бойцы спецназа из отряда «Витязь» под командованием полковника Сергея Лысюка.
Генерал Романов, впервые сообщивший мне о том, что боевики Макашова рванули к телецентру, выводил в Балашиху именно ОМСДОН. Примерно в 16.05, зная, что на шоссе Энтузиастов и Горьковском шоссе наши безоружные бойцы скорее всего уже находятся в безопасности, я дал команду Анатолию Александровичу: «Дальше давай самостоятельно. «Витязь» пусть разворачивается и прямиком в Останкино». Успели.