И если информация о Ванде дойдёт до Моро и её смогут опознать, то ограбление хранилища повесят на неё, чтобы хоть на ком-то отыграться. Это, если не учитывать тот факт, что она действительно вместе с Димой его ограбила. Масштаб катастрофы Андрею ещё не был известен, хранилище пока так и не смогли вскрыть, но Клещёв, которого эта парочка заперла внутри, говорит, что пропало абсолютно всё! То ли действительно они умудрились всё вынести, то ли Клещёв нагнетает, чтобы его побыстрее вытащили. Пока не вскроют хранилище, никто этого не поймёт.
А они его не вскроют, потому что Дима за что-то сильно разозлился на Моро и закрыл хранилище своей личной печатью. И это даже не печать Эдуарда, потому что Эд хоть и Великий Князь, о котором до сих пор ходят легенды, но он не глава Семьи. На что похоже попасть под пресс главы Семьи Лазаревых, Бобров не знал, Дима по какой-то причине ни разу им этого не продемонстрировал, хотя они вместе с Ваней его неоднократно провоцировали. Но Андрей подозревал, что ничего хорошего попавший под этот пресс не испытает. Ему даже было немного жаль Моро, который по собственному скудоумию во всё это зачем-то ввязался.
— Зайди в операторскую, — коротко бросил Андрей в трубку, приняв, наконец, окончательное решение о своих дальнейших действиях.
Пришлось ждать ещё несколько минут, когда Виктор соизволил к нему прийти. Не удивительно, Андрей максимально действовал ему на нервы последние пару часов, судя по всему, капитально испортив жизнь и отношения между ним и его коллегами.
— Что у вас? — дверь в операторскую открылась, и в помещение вошёл злой Маркелов. — Вы провели последние полчаса в тишине, и вам стало скучно, поэтому вы вспомнили обо мне и решили вновь начать указывать на мой непрофессионализм? — устало спросил он, остановившись возле стола, глядя на Боброва сверху вниз.
— Разумеется, я буду указывать на твой непрофессионализм, — проворковал Андрей, поворачивая к нему монитор. — Это кто? — он ткнул пальцем в слегка размытую фигуру старшего официанта.
— Не знаю, — внимательно посмотрев на изображение, проговорил Виктор.
— Ты издеваешься надо мной? — прищурился Бобров. — Ты специально хочешь выглядеть хуже, чем есть на самом деле?
— А вы? — прямо спросил Маркелов.
— Я и не скрывал своего отношения к тебе. Это, мой недальновидный офицер фландрийской СБ, Роман Георгиевич Гаранин. Старший официант. Да он даже не скрывался, спокойно разгуливал по поместью, и в документах указал своё настоящее имя, — Андрей бросил папку на стол перед опешившим Маркеловым. Он заново вложил документы с информацией на Романа перед тем, как позвонил Виктору.
— Я не… Вот же сволочь, — вскинулся Виктор, внимательно разглядывая изображение на экране, после чего прикрыл глаза. — Вы не говорили, что видели его в поместье ранее.
— Мне нужно было в лицо каждому официанту заглядывать? — капитан аж опешил от такой наглости. — Он вёл себя спокойно, был безоружен, всегда был на виду и ничем себя не выдавал. Мой тебе совет, начинай уже работать, а не надеяться на протекцию свыше. Ты можешь в один прекрасный момент перестать быть фаворитом какой-то значимой шишки.
— Старший официант Гаранин, значит, — протянул Виктор. — Вы мне очень помогли, капитан.
— И да, Виктор, — поднявшись на ноги, проговорил Андрей. — Ваш личный конфликт должен оставаться личным, не впутывай в него работу. Это может оказаться чреватым для всей фландрийской Службы Безопасности. Протекция есть не только у тебя.
— И кто покровительствует Роману Георгиевичу? — скептически спросил Маркелов.
— Рокотов. У моего прямого начальства, насколько мне известно, какие-то дела с Гараниным. Так что я сделал тебе одолжение, предупредив, чтобы ты не ввязывался в это дело с маниакальным энтузиазмом и не шёл на конфликт с теми, кому ничего не можешь противопоставить, — холодно проговорил Бобров, направляясь в сторону выхода.
— Вы шутите, что ли? — хмыкнул Виктор. — Какие могут быть у Рокотова дела с главой Гильдии убийц?
— Он не просто глава Гильдии, он Гаранин. А так да, ты прав, с такими, как ты, Виктор, Иван Михайлович никаких дел не имеет. Я тебя предупредил, — с этими словами он вышел в коридор, закрывая дверь. — Ну пускай теперь ищет старшего официанта, а не просто Романа, и на время отвяжется от Ванды. А с охраной Моро мы как-нибудь разберёмся, — прошептал он, после чего вытащил телефон и набрал номер Егора. — Вы где?
— Мы с Вандой в комнате отдыха. Начались какие-то странные шевеления. До гостей дошла информация о массовом убийстве в черте поместья, и теперь половина напивается до невменяемого состояния, а вторая половина собирает вещи, попутно плюя на распоряжения начальника охраны Моро и Службу Безопасности Фландрии. А те носятся как кузнечики и не пытаются настаивать. Так что на нас никто не обращает внимания, что безумно радует Ванду. Да и не ищет её никто, и это странно.