Выбрать главу

— Пап, а он будет со мной играть в динозавров? — спрашивал Тёма, прыгая через лужи.

Алексей улыбался, объясняя, что сначала малышу нужно будет немного подрасти, а старший брат как раз сможет научить его всему. Такие разговоры согревали его сердце, наполняя их жизнь каким-то особенным теплом. Тёма уже гордо называл себя старшим братом, обещал защищать малыша от всех «злых» и с гордостью предлагал делиться своими игрушками.

Работа, конечно, оставалась, но Алексей всё чаще замечал, как Мария берёт на себя большую часть общения с клиентами, что намного облегчало его работу. Новый проект «Речной залив» требовал постоянного внимания, но Мария буквально жила в офисе, занимаясь самыми сложными переговорами. Екатерина Павловна, ещё недавно ворчащая на новенькую «выскочку», теперь отзывалась о ней исключительно в восторженных тонах.

После того, как София рассказала им о непростой истории Марии, Алексей и Сергей невольно изменили своё отношение к ней. Алексей старался быть мягче, реже делая замечания, а Сергей всё чаще проявлял неожиданное терпение. Даже в его взгляде иногда проскальзывало сочувствие, что совсем не было на него похоже.

София радостно делилась новостями о Марии. Она рассказывала, как та начала ей доверять: соглашалась на выходные поездки за город с друзьями или редкие походы в кафе. София уверяла, что Мария рассталась со своим жестоким парнем, хотя говорила об этом с осторожностью, будто боялась сглазить.

Осень в этом году была особенно яркой: лёгкий прохладный воздух и шуршание листвы под ногами создавали уютное настроение. Алексей замечал, как перемены в жизни наполняют его спокойствием. Семейная жизнь дарила тепло, работа — уверенность, а благодаря усилиям Марии в офисе воцарился новый ритм. Всё постепенно обретало гармонию, и это ощущение приносило тихую радость.

Однако работы всегда было предостаточно. Сегодняшний день не стал исключением — он выдался особенно насыщенным. Мария стояла у стола Алексея, аккуратно разложив перед ним документы.

— В рамках договора со «СтройГрад» мы согласовали изменения по фасадной части, но есть проблема с поставщиками. «ГлассИндустрия» задерживает доставку панелей. Я предложила альтернативу от «ЛокСтек», но качество там… так себе. — Она чуть нахмурилась. — Думаю, стоит убедить клиента подождать.

Алексей кивнул, пробегая взглядом по отчёту.

— Что ещё?

— По проекту «Речной залив» затребовали чертежи инженерных систем. Отдел проектирования…

Её слова прервал внезапный звонок телефона. Алексей взглянул на экран.

— Извините, жена.

— Конечно, — спокойно ответила Мария, начав собирать документы.

Алексей отошёл к окну и, сменив тон, сказал:

— Солнце, как ты? Всё в порядке?

Мария, стараясь не мешать, начала собирать папки, аккуратно складывая их в стопку. Но руки предательски дрогнули, и с края стола сорвалась рамка с фотографией.

Грохот заставил Алексея резко обернуться.

Мария сидела на корточках рядом с осколками стекла, её руки слегка тряслись, пока она собирала их. Подняв глаза, она встретила его взгляд. Её зелёные глаза блестели от слёз, казалось, вот-вот готовых пролиться. Испуг, смешанный с виной, буквально сквозил в её выражении.

— Простите… Я не хотела… — выдохнула она шёпотом, опустив голову и вытирая щёку ладонью.

Алексей застыл. Он чувствовал, как в груди защемило. Он не знал, зачем, но в следующий момент сказал в трубку:

— Прости, Ириша, я нечаянно рамку уронил. Разбил. Куплю новую.

Мария опустила голову собирая осколки, и Алексей не увидел как её губы на мгновение дрогнули в едва заметной улыбке, которую она быстро спрятала, снова поджав губы и шмыгая носом.

— Простите, — тихо повторила она, собрав осколки и аккуратно выбросив их в корзину. Затем подняла фотографию и положила её на край стола.

Алексей закончил разговор с женой, взял фотографию и машинально положил её в одну из папок на столе.

— Всё в порядке. Не беспокойтесь. Мне нужно идти, завтра продолжим, — добавил он, направляясь к выходу.

— Конечно. Простите ещё раз, — донёсся за его спиной тихий голос Марии.

— Всё хорошо, не стоит, — бросил он через плечо, уже шагнув за порог.

Его окликнул Игорь Сергеевич Мельников, главный архитектор, с привычной папкой в руках.