— Это он? — сухо спросил Сергей, свернув на боковую улицу.
Мария лишь кивнула, не поднимая взгляда.
— Надо писать заявление, — сказал он твёрдо.
Мария вскинула глаза, полные страха.
— Нет… Это только разозлит его. Я… я справлюсь.
Сергей негромко выдохнул.
— Справитесь? А если он сделает что-то похуже? Вы ведь знаете, чем это может закончиться.
Мария молчала, нервно сжимая телефон.
— Так, слушайте. Это не ограничивается только угрозами, верно? Смс? Фото? Письма? — Сергей взглянул на неё краем глаза. — Всё это доказательства. Перешлите мне всё, что у вас есть. Я поговорю с одним знакомым…
Она медленно кивнула, словно ещё сомневаясь, но её благодарный взгляд говорил сам за себя.
— Спасибо, Сергей. Вы и Алексей Андреевич… такие замечательные. Алексей Андреевич… Он такой хороший. Не знаю, что бы я делала без него вчера… Он такой понимающий.
Сергей мельком взглянул на неё, но быстро перевёл взгляд обратно на дорогу.
— Он хороший человек, — коротко ответил он, стараясь придать голосу нейтральный тон.
— А он всегда такой? — не унималась Мария. — Алексей Андреевич наверняка вдохновляет всех вокруг. У него такая сильная команда.
Сергей продолжал вести машину, сдержанно кивая на слова Марии, но её поток восхищённых замечаний об Алексее начал его раздражать.
— Он такой талантливый, — проговорила она, чуть поворачивая голову к Сергею. — и у него такой тонкий вкус. Он с детства увлекается архитектурой?
— Не знаю, — коротко бросил Сергей, не отрывая взгляда от дороги.
Мария задумчиво теребила край своего шарфа, будто раздумывая, как задать следующий вопрос.
— Вы ведь давно с ним работаете? — спросила она, теперь чуть наклоняясь ближе, как будто надеялась поймать взгляд Сергея.
— Давно, — сдержанно ответил он, не поддаваясь на её уловки.
Мария на мгновение замолкла, но её любопытство явно не угасло.
— Он вообще когда-нибудь теряет терпение или злится? Я просто… мне кажется, что это невозможно. Алексей Андреевич такой… идеальный! Знаете, Сергей, я… конечно, не влюблена, но, наверное, его очень легко полюбить.
Сергей почти усмехнулся, но быстро сдержался.
— Он такой же человек, как и все, — бросил он.
Мария не отступала.
— А что ему нравится? Помимо живописи и театра, у него есть какие-то хобби?
— У него семья, — сказал Сергей, чуть сильнее нажимая на педаль газа. — Это его главное «хобби».
— Конечно, семья… — проговорила она, опуская глаза. — Простите, я, наверное, слишком много говорю. Просто… он действительно производит впечатление.
Сергей лишь кивнул, не желая продолжать разговор. Но в глубине души он не мог не задуматься о том, что происходит.
«Для человека, который так не хотел, чтобы кто-то знал о её проблемах, она слишком много болтает,» подумал он, наблюдая за её жестами краем глаза. Её манера говорить, как будто ненароком, тонкая игра голосом — всё это было слишком явно.
Она отрицала свою влюблённость, но её слова и поведение говорили об обратном. Сергей чувствовал, как она будто нарочно подводит его к этой мысли. Это была странная смесь попытки доказать отсутствие влюблённости и одновременно вызвать интерес к этому факту.
«Или она просто хочет, чтобы я передал ему наш разговор?» — мелькнула мысль.
Сергей никогда не доверял таким людям. Он слишком привык к чётким словам и действиям. «Если ты не влюблена, то зачем столько слов о нём? Зачем этот тон, это восхищение, эти вопросы, да ещё и в открытую?»
Его пальцы крепче сжали руль. Он понимал, что дело тут не только в благодарности за помощь.
Когда они подъехали к офису, Сергей наконец нарушил затянувшуюся паузу:
— Вот и приехали.
Мария улыбнулась ему, мягко касаясь дверной ручки.
— Спасибо вам большое. Вы так выручили.
— Не стоит, — сухо ответил Сергей, оставляя свои размышления при себе.
Начало зимы принесло с собой не только снег и мороз, но и перемены в поведении Марии, которые Сергей замечал с растущим беспокойством. За последние несколько недель её отношение к Алексею претерпело едва уловимые, но всё же ощутимые изменения. Теперь она словно жила одной целью — быть всегда рядом с начальником, угождать, казаться полезной и незаменимой.
Она будто предугадывала, что может понадобиться Алексею, ещё до того, как он сам это осознавал. Кофе? Вода? Документы? Всё появлялось на столе незамедлительно. А её общение с ним приобрело новую окраску. Когда она склонялась над его столом, чтобы передать отчёт, её голос звучал чуть мягче, взгляд задерживался чуть дольше, а движения становились ненавязчиво плавными.