Для Алексея лето стало настоящим испытанием. Дом, который раньше был тихой и уютной гаванью, теперь стал местом постоянной суеты и забот. Двухмесячная Аня плакала практически без остановки — и днём, и ночью. Колики терзали её, не отпуская, несмотря на все старания родителей. Педиатр рекомендовал массаж животика, тёплые ванны с ромашкой и специальные капли, но всё было безрезультатно — плач не стихал. Алексей и Ирина по очереди носили её на руках, прижимая к себе и осторожно укачивая. Иногда Алексей часами ходил по комнате с дочкой на руках, тихо напевая. Но казалось, ничто не могло принести ей долгожданного облегчения.
Ирина выглядела совершенно измотанной. Недосып, постоянная забота о малышке, необходимость следить за Тёмой и вести домашнее хозяйство отнимали у неё все силы. Алексей замечал, как она буквально засыпает на ходу, но всё равно упрямо старается быть идеальной матерью и женой. Даже с помощью его матери и сестры, которые иногда приходили посидеть с детьми, жизнь казалась бесконечным марафоном.
Алексей изо всех сил старался разделить с Ириной все тяготы ухода за малышкой. Он сам брал Аню на руки, когда она плакала, укладывал её в тёплую ванночку, держа так, чтобы вода мягко касалась её животика, и осторожно массировал круговыми движениями. Иногда, когда Ирина от бессилия буквально валилась с ног, он вставал ночью вместо неё и, следуя её советам, пытался найти способ уложить дочку так, чтобы ей стало легче и она перестала плакать. Но даже тогда его охватывало чувство беспомощности: казалось, что плач Ани проникает в самую душу, а все его старания облегчить её страдания остаются безрезультатными.
Алексей всё чаще ловил себя на мысли, что не понимает, откуда Ирина черпает силы. Она упрямо отказывалась от предложений нанять помощницу по дому и даже слышать не хотела о няне, опасаясь впустить в дом чужого человека. Ему казалось, что она отвергает помощь лишь для того, чтобы доказать себе, что способна справиться сама. Но её силы явно были на исходе.
Однажды вечером Алексей присел рядом с Ириной на диван. Дом наконец погрузился в тишину: Аня спала в своей качалке после долгих укачиваний, а Тёма, уставший после игр в парке с папой, мирно сопел в своей комнате. Алексей внимательно посмотрел на жену. Её лицо выглядело усталым, глаза покраснели, а волосы были небрежно заколоты в пучок. В руках она держала бутылочку с фенхелевым чаем, который заваривала для Ани, надеясь хоть немного облегчить её мучительные колики.
— Ира, может, всё-таки наймём няню? — осторожно предложил Алексей, внимательно глядя на жену.
Ирина устало вздохнула и покачала головой:
— Нет, Лёша. Я не хочу, чтобы в нашем доме был чужой человек. Ты же сам понимаешь, как это может быть.
Алексей откинулся на спинку дивана, не отводя от неё взгляда.
— Но ты же не железная, — тихо сказал он. — Посмотри на себя. Ты не спишь ночами, целый день на ногах. Тебе нужен отдых.
Ирина опустила взгляд на бутылочку с чаем, которую крутила в руках.
— Это пройдёт. Мы справимся. Просто сейчас тяжело. Колики скоро закончатся, Аня станет спокойнее. Нужно просто потерпеть.
— Ты не должна делать всё одна, — мягко сказал он, стараясь не давить. — Быть хорошей матерью — это не значит сгорать без остатка.
Он встал, наклонился и поцеловал её в макушку.
— Ложись спать, — сказал он тихо, но уверенно. — Я сам всё доделаю. Помою посуду и к Анечке ночью тоже встану. Тебе нужен отдых, Ириша.
Всё, что он мог сделать, — это оставаться рядом, поддерживать её, но он понимал: пока Ира не разрешит себе немного ослабить хватку, помочь ей будет сложно. Она не давала себе передышки, будто боялась, что отступление хоть на шаг будет равносильно признанию слабости как матери.
Вечером, вернувшись с работы, Алексей покормил и уложил спать Тёму. Когда Ирина и Анечка, измученная плачем, наконец уснули, он тихо вышел на кухню и набрал сестру.
— Соф, слушай, у меня в среду командировка. Ты не могла бы приехать к нам и остаться до пятницы? У Иры совсем сил не осталось, а я…
— Конечно, Лёша, не переживай, — быстро ответила сестра. — Я приеду во вторник вечером с вещами, всё будет хорошо.
Алексей положил трубку и задумался. Ира выглядела совершенно измотанной, а он не знал, как облегчить её нагрузку. «Может, стоит предложить переехать к родителям на время?» — мелькнула мысль. — «Мама сможет помочь с Аней, а я хотя бы буду знать, что Ира сможет поспать днём или просто немного прийти в себя».
«Надо придумать что-то, чтобы мы могли проводить хоть немного времени вдвоём», — подумал Алексей, усаживаясь за кухонный стол. Мысль о том, как вернуть в их жизнь прежнюю близость, не давала ему покоя. Он понимал, что усталость Ирины — это не только про физическую нагрузку, но и про внутреннее напряжение. Ей нужно было отвлечься, почувствовать себя не просто мамой, а женщиной, которая заслуживает отдыха и заботы.