Это всё больнее, чем ранение...
Глава 3 - Кое-что (Ор)
Попрощавшись еще у ворот Капитула с родичами в Ор мы возвращаемся вчетвером - я, Чио, немой Слав с перевязанным горлом и сопровождающий нас до границы капит.
Чёрная как ночь кобылица Чио огрызается на наших серых меринов, стоит им только нарушить ее пространство, и все время вырывается вперед. В хозяйку...
На лице Чио снова повязка. Просьба снять оставлена без внимания. Она единственная с кем снизошёл обменяться парой слов наедине брат Кай. И после этого она сама не своя — молчалива и неприступна. Разговор не поддерживает. И привычно не огрызается. Не свожу с неё глаз. Каждое мгновение мне кажется, что вот-вот вспомнит мою несдержанную клятву. А дальше — демоны её знаю, чего ожидать.
И Чио, и Слав еще очень слабы. Оба страдают от головокружений. Слав — из-за потери крови. Чио — из-за разбитой головы.
Огромные витры, словно чувствуя их слабость, кружат над нами. Благо эти твари не нападают стаями.
Придержав лощадь у крутого отвеса, Чио спешивается. Склоняет голову набок, прислушиваясь.
- Чио?
Раздражённо взмахивает рукой, требуя тишины. Слышен тихий клекот.
Доставая из-за пояса что-то маленькое, размером с ягоду, кладёт в рот. Закрывает глаза. Вижу, как кровь бросается ей в лицо и веки с напряжением распахиваются. Взгляд одержимый! Дыхание срывается и становится быстрым.
Подводит к нависающему над центром тропы откосу лошадь. Опираясь на стремя ступней ловко запрыгивает двумя ногами на седло. Взмахнув руками, ловит равновесие. Еще один прыжок вверх и перехватывается за свисающий корявый корень растущего высоко на краю откоса куста. Подтягивается и забирается на уступ. Мелкие камни сыпятся из под ее ног. Исчезает из вида. С недоумением переглядываемся со Славом. Вот это ловкость!
- Чио, что ты делаешь?
Громкий клекот нарушает тишину.
- Гнездо витры! - ужасается капит.
Огромные птицы спускаются ниже. Я могу разглядеть каждую морщину на их массивной голой шее алого цвета.
- Чио?! - спешиваюсь я.
Мне не повторить ее пути наверх!
- Спустись оттуда немедля!
- А потом бегать за ужином? - выглядывает она сверху и скидывает два отрубленных "пернатых" окорока размерами с бараньи.
Убирает в ножны свой изогнутый меч. А я, наоборот, выхватываю свой. Потому что одна из громадин пикирует вниз, прямо на Чио. Но эта безумная хватается руками за корень. И повисает в момент, когда витра поднимая облако пыли, с громогласным клекотом садится в разореное гнездо. Массивный клюв выбивает искры их камней в полуметра от Чио!
Слав тоже достаёт меч. Капит трясущимися руками — курум с ядовитой иглой.
Отталкиваясь от каменной стены, Чио летит вниз. И упруго приземляется как кошка. Витра развернувшись к нам одним глазом, рассматривает нас сверху. Но не решившись напасть, начинает судя по звукам рвать останки убитого птенца.
Закинув окорока в мешок, Чио привязывает его к седлу лошади. Мы уходим подальше от опасного места. И только сворачиваем за поворот, как из нее словно вышибает дух. Колени подкашиваются она оседает, падая на них.
- К чему это всё было? - зло присаживаюсь перед ней, поднимая безвольное лицо за подбородок. - У тебя есть муж, чтобы добыть еду!
- Это не по мне рассчитывать на кого-то. Я так не привыкла.
- Привыкай, княгиня Ора! Рассчитывать на меня и наш народ.
- Может еще и платье прикажешь надеть?
- Обязательно!
- Только в след за тобой, так и знай, орец.
Подхватывая за талию, помогаю оседлать лошадь, легко подкидывая ее вверх.
- Что такое ты съела? То, что придало тебе силы.
- Тебе показалось, князь...
Фыркаю с раздражением.
И дальше опять в полной тишине...
Едва преодолев затяжной спуск, мы вынуждены остановиться у подножия горы.
Закинув в бурдюк маленький кусочек рабанги, Чио вяло трясётся его. Ждёт пока он отдаст свою силу воде и, морщась, делает глоток. Откашливается. На глазах выступают слезы.
Протягивает Славу.
- Пей воин.
Тот с вопросом смотрит на меня.
- Пей. Это обжигает, но быстро лечит. Рабанга.
Слав делает глоток. И потом долго отплевывается, сердито глядя на меня. Ложится на спину, и страдальчески морщась, кладет руки на перемотанное горло. Закрывает глаза.
Помучившись с огнивом, развожу костёр.
Солнце клонится к закату. Капит собирает хворост, я лажу невысокий навес, под наклоном, чтобы немного удерживал тепло от костра. Осень в Борро суровая. Обветренное за дневной переход лицо горит.