Честь… Именно о ней говорил вчера Ловин. Откровенно говоря, я не слишком переживала о своей репутации. С одной стороны, портить дальше было уже просто некуда. С другой стороны, считала, что моя безнадежно погубленная репутация мало кого должна интересовать. Но вчерашняя ссора Ловина и Ромэра показала, что ошибалась. Не учла, что стала частью легенды, что стала ангелом. А ангел обязан иметь безупречную, идеальную репутацию. Ведь любому будет интересна дальнейшая судьба девушки, спасительницы короля…
В таком свете упреки и вмешательство служителя в наши отношения были не только оправданными, но и правильными. Его слова были проявлением порядочности. Я постаралась подавить поднявшееся раздражение и рассмотреть сложившуюся ситуацию объективно. Вчера, поддавшись эмоциям, я не могла мыслить критически. Честно говоря, услышав слова о необходимости замужества и предложение священника, разозлилась ужасно. Чуть не сказала мужчинам, что думаю о теме их беседы. В последний момент прикусила язык и не выдала свое знание ардангского. Теперь же выпала возможность осмыслить услышанное, и получившиеся выводы меня не радовали.
С какой стороны я к вопросу ни подходила, а прав оказывался Ловин. И Ромэр это, несомненно, понимал. Думаю, потому так раздражался, стоило священнику затронуть неприятную тему. Путешествие с незнакомым мужчиной и то, что мы выдавали себя за супругов, — несмываемые пятна на его и моей репутации. И, если судить объективно, а не доверять эмоциям, священник был прав, настаивая на том, чтобы Ромэр не усугублял положение, ограничивал контакты со мной. Хотя, это требование было бестолковым. В любом случае я уже была опорочена, так что никаким ограничением спасти положение было невозможно. Вообще-то, благородный рыцарь Ромэр обязан был на мне жениться. Но короли не женятся на простолюдинках. А скомпрометированная девушка — проблема.
Проблемы можно решать по-разному. Убить, выдать замуж, сослать в монастырь, выслать из страны. Монастырей в Арданге нет, как оказалось. А жаль, для ангела самое подходящее место. Выслать из страны — не выход. Этим разговоры не остановить. Убивать ангела… Это даже несколько неэтично. А вот выдать замуж можно. И, нужно отдать Ловину должное, он подчеркнул, что к замужеству меня принуждать нельзя. Да и женихов предложил подбирать не из подзаборных пьяниц, лишь бы быстрей избавиться от проблемы. Конечно, я не собиралась выходить замуж в Арданге, у меня была совершенно другая цель. Но, если рассматривать ситуацию умозрительно и мыслить объективно, зря Ромэр язвил из-за последнего предложения Ловина. Для простолюдинки, которой я, к счастью, не являлась, оно было более чем щедрым и благородным. А потом, устроив мою судьбу и скрыв скорым браком пятнающий короля Ромэра позор, можно подправить легенду. Почему бы бардам не петь о прекрасной девушке-ангеле, о скромном священнике и их любви с первого взгляда? Даже красиво…
То, что возникновение предсказуемой закономерной ситуации так злило, лишь еще раз подчеркивало мою недальновидность. Когда планировала побег, наивно представляла, что в Пелиоке Ромэр доставит меня в порт, посадит на корабль, и наши пути разойдутся. Позже такая же наивная картинка лишь потеряла название портового города, но осталась, в принципе, неизменной. Я как-то предположить не могла, что попаду в ловушку морали и понятий о чести. Судя по вчерашней задумчивости Ромэра, он тоже не находил выхода.
— Не бойся, мы будем тебя хорошо прятать, — шепнул арданг, сжав в своей ладони мою. Я так задумалась, что почти забыла, где нахожусь и о чем раньше говорила с Ромэром. — Им будет очень непросто тебя найти.
Подумала, что повстанцы, собираясь в определенных домах, привлекут внимание стражи. А «Вороны» могут дома и обыскать.
— Я в опасности, пока остаюсь в Арданге. Ты и сам это знаешь.
— Знаю, — кивнул Ромэр. — Но я рассчитываю на дядю. Он выполнит мою просьбу и найдет достойных людей, с которыми ты сможешь уехать.
— Надеюсь, все это решится быстро.
Ромэр кивнул и, выдержав небольшую паузу, продолжил:
— Не знаю, когда нам еще выпадет возможность поговорить без посторонних… Ты не можешь вечно бегать от Стратега. Не можешь вечно скрываться и жить чужой жизнью. Твоя жизнь другая. Ведь ты — принцесса Шаролеза.