— Он собирался приехать на днях из деревни, — ровным не дрогнувшим голосом сказала Летта.
— Госпожа, а что здесь делает женский гребень? — вопрос стражника прозвучал снисходительно, словно «Ворон» не верил ни слову адали.
— Вам не кажется, что в Вашем вопросе заключен ответ? — по голосу Летты слышала, что она усмехнулась. — В доме, в который вы зашли, живет женщина. Понятное дело, в этом доме попадаются женские вещи.
— Но им место в спальне, — ничуть не смутился стражник.
— В моем возрасте женщины порой становятся забывчивыми и рассеянными, — бесстрастно возразила Летта.
— Никогда не поверю, что такая аккуратная хозяйка могла расчесывать свои прекрасные волосы и заплетать толстые косы не в спальне, а в каком-либо другом месте, — гнул свою линию «Ворон».
— Поверьте, мне, конечно, очень стыдно, но во время работы по дому иногда из прически выбивается прядь другая, — казалось, сбить Летту не мог никто. — Приходится порой косы и переплетать.
— Ну, положим, — согласился стражник, осознав, наконец, что пробить спокойствие женщины он не в силах. — Тогда мы продолжим наверху.
— Вы не хуже меня знаете, что на хозяйский этаж вам нельзя без разрешения суда, — в голосе адали прозвучал мягкий укор. Словно непослушные дети в который раз пытались стянуть с ее кухни печенье.
— Поймите, мне это тоже не доставляет радости, — с каким-то неожиданным недовольством, так не вязавшимся с полушутливым тоном предшествовавшей беседы, ответил стражник. — У нас есть разрешение господина регента. Бумаги сегодня пришли.
— Что же он ищет такое важное? — разыгрывая наивное удивление, спросила Летта.
— Будто Вы не слышали, — скептично хмыкнул «Ворон». — Ищем девушку, шаролезку. Деньги за сведения о ней предлагаем немалые. Ой, какие немалые. Господин Стратег уверен, что девушка здесь, в этом княжестве. Но до сих пор ее никто не видел, нам о ней никто не говорил…
— И не скажут, — буркнул еще один мужчина.
Старший не прокомментировал вмешательство подчиненного в разговор и продолжил:
— Очень красивая шатенка, черты лица утонченные, аристократические, глаза зеленые, волосы длинные. Над бровью, вот тут, — видимо, он показал рукой, — маленький шрам. Вот документ, позволяющий осмотреть и хозяйский этаж дома.
Повисла пауза. Наверное, Летта читала бумагу. Прежде, чем адали что-либо ответила, «Ворон» вздохнул:
— Поверьте, нам это тоже не нравится. Только врагов себе наживаем с этими приказами. Но мы люди маленькие. Нам велели, — мы делаем.
— Мне прятать и скрывать нечего, — с показным равнодушием ответила Летта. — Но, думаю, маркиз Леску скоро получит еще не одно письмо с протестами.
— Госпожа, я понимаю ардангов. Вон у меня дочка за местного замуж собирается. Так что если будет письмо маркизу, можете рассчитывать и на наши подписи. Но сейчас мы должны попасть наверх.
Не знаю, стоило ли верить словам стражника. Конечно, возможно, смешанные браки не так редки в Арданге, как казалось раньше. Но я почему-то считала, что «Ворон» лжет, пытаясь вызвать адали на откровенность. Словно ожидал услышать от Летты имена тех, кто будет составлять новое письмо маркизу. Но женщина промолчала. Разумеется.
Через минуту я услышала тяжелые шаги по лестнице. Стараясь дышать как можно тише и медленней, боялась шелохнуться. Сердце колотилось так, что казалось, стук его слышен в коридоре. Колени дрожали, а перед глазами поплыла сероватая пелена. Зацепившись рукой за выступ в стене, ругала себя всеми известными грубыми словами, надеясь стряхнуть накативший волной липкий страх. Принцессе не пристало так паниковать! Облегчение принес пробившийся сквозь гул в ушах спокойный голос Летты:
— Как видите, кроме нас с вами в этом доме никого больше нет.
— Да, вижу, госпожа, — буркнул стражник и, судя по звуку шагов, подошел к столу Клода в кабинете. Шорох передвигаемых бумаг и спокойный голос адали: