Он поднял трубку.
— Ты звонил, что ли? — осведомилась Настя.
И Олег снова превратился в отягощенного проблемами семейного человека.
— Да, — ответил он.
Приятный клиент Антон и его документы куда-то испарились.
— И что?
— Поговорить с тобой хотел. О вчерашнем.
— Ну?
Олег ощутил нарастающую злость. Спокойно, сказал он себе. Держись. Ни на какие манипуляции мы сегодня не поддадимся. Ей просто очень и очень плохо.
— Извиниться хотел, — произнес Олег. — Знаешь, напился вчера, дурацкая обида взыграла. Что ты со мной, как с маленьким, в самом деле? Вот и выступил не в тему. Прости меня, Насть, ладно?
Настя помолчала.
— Ирка, небось, настропалила, — предположила она. — Запугала, поди, до смерти. Что-то я не слышу раскаяния в твоем голосе.
Какого черта, едва не взорвался Олег. Раскаяние ей подавай! Да что с ней?! Где моя дорогая и любимая Настя?!
— Это связь плохая, — вслух сказал он.
Настя хмыкнула.
— Знаешь, Олег, — сказала она. — Я тебя прекрасно понимаю. Выступил вчера, а на утро в штаны наложил. Да Ирина, поди, масла подлила. Извиняйся, давай, а то на порог не пущу. Наверное, еще и про мои проблемы по женской линии рассказала. А мне на них плевать, понял? Ты — слабак. Я тебя и так никогда не уважала и не понимала, что сестренка моя в тебе нашла, а теперь ты вообще в моих глазах опустился. Ниже, много ниже любого плинтуса. И таких засранцев, как ты, я не прощала, и прощать не собираюсь. Никогда. Так что будь готов держать за свои слова ответ, дорогой.
Олег стиснул зубы.
— Хорошо, я — слабак, — сказал он после паузы. — Но Ира со мной счастлива. И я думаю, что ради нее…
— Ира с детства была влюбчивой дурочкой, — перебила его Настя. — Готова поспорить, что после твоей смерти, она быстро найдет себе очередной объект вожделений. А то, что ты пытаешься прикрыться моей сестрой, вообще приравнивает тебя к таракану. Которого я, не скрою, с удовольствием совсем скоро раздавлю.
— Да не прикрываюсь я никем! — вспылил Олег. — Мне же с тобой раньше тоже были близки! Помнишь?
— Я все помню, — ответила Настя. — И твое предательство, и Иркино. Или ты забыл, как вы меня предали?
Олег сглотнул.
— Нет, — ответил он. — Не забыл. Но это дела давно минувших дней.
— А для меня все это, словно вчера, — перебила его Настя. — Значит так. Никаких тебе прощений. Молись и готовься к смерти. И не переживай. Я приготовлю что-нибудь особенное, для тебя понятное и близкое. И никакая Ирина тебе не поможет. И даже, если вдруг случится невозможное, и тетка моя за тебя вступится, не измениться ничего. Вот и весь разговор. Доступно?
Это «доступно» оказалось последней каплей.
И у Олега вновь наступило затмение. Остатком рассудка он прекрасно понимал, что взлетел по канату над пропастью, но уже никак не мог остановиться.
— Я тебя почти ненавижу, — проникновенно произнес Олег. В это «ненавижу» он вложил всю свою душу. — Ты, оказывается, самовлюбленная тварь, которая всю жизнь прикидывалась невинной овечкой. Ты можешь делать, что хочешь, но я тебя достану. Сам, не сам, неважно. Я к тебе мертвый приду и придушу собственными руками.
— Ого! — восхитилась Настя. — Слова не мальчика, но мужа! Видишь, так ведь гораздо легче. А то начал, как трус: извини, погорячился, пьян был. Чувствовалась Иркина рука. А таким ты мне даже нравишься. Отлично, Олежек. Война, мальчик, началась. Готовься.
И Настя повесила трубку.
Олега трясло.
Ого, подумал он. Предательство она помнит! Я вокруг нее хороводы устраиваю, а она наглеет с каждой минутой. Может быть, не так уж и неправ был ее Мишка?
И сейчас же он услышал из коридора бодрый Толянов голос.
— Здорово! — вскричал компаньон с порога, но, увидев Олегово лицо, сильно озадачился. — Чего это с тобой?
Олег помассировал лоб.
— Нормально все, — с трудом ответил он. — У тебя?
— Тоже ничего. Как успехи на нашем фронте?
Олег пожал плечами.
— А как на…, — он замялся, в затруднении подбирая слово. — На твоем?
Толян уселся задом на свой девственно чистый стол.
— Рассказывай, — доверительно предложил он.
— Разве тебе это интересно? — осведомился Олег. — У тебя же полно других важных дел помимо нашей таможни.
— Да, ладно, тебе. У меня были личные проблемы.
Насколько помнил Олег, у Толяна всегда были личные проблемы. Всегда, начиная со школы, в которой они сидели за одной партой. Иногда Олег задавал себе вопрос, зачем, собственно ему нужен Толян и его нескончаемые проблемы, но не находил ответа. Просто Толян был ему близок и дорог, их связывали многочисленные воспоминания и многочисленные неприятные истории, в которые они оба по молодости лет вляпывались, но из которых, обычно, выходили с достоинством. Кроме того, в таможню его позвал Толик и обучил всему что знал сам.