— У меня ничего нет. — Она обвела комнату взмахом руки. — Это все ненастоящее. Канделябры, шелковые драпировки, изысканная мебель… Это все, что у нас есть.
Это все, что смогли позволить себе мои братья и сестры, после того как отец выгнал нас из нашего дома в Шотландии. Это все, чем мы располагаем, пока, подобно Стерлингу, не исправимся и не докажем, что стали достойными и респектабельными членами общества.
— Айви, такие вещи для меня ничего не значат.
Девушка через силу засмеялась.
— В самом деле? Тогда идемте со мной. Позвольте мне показать вам настоящую жизнь, которой я живу и буду жить до тех пор, пока не выйду замуж за Тинсдейла.
Она схватила со стола ключ, повернула его в замке, взяла Доминика за руку и потащила наверх, подальше от кричащей роскоши общих комнат дома.
* * *Ковровая дорожка на ступеньках оказалась поношенной и выцветшей, и с каждым шагом дом обретал все более запущенный и неухоженный вид.
Айви вцепилась в руку Ника и неутомимо тащила его за собой, заставив молодого человека ускорять шаги, пока они не поднялись на верхнюю площадку лестницы.
— Здесь живем я и мои сестры. Наши комнаты можно смело назвать роскошными, особенно по сравнению с чердачными помещениями, где спят мои братья, сыновья герцога, между прочим.
— Айви, совсем необязательно показывать мне свою спальню. Все равно это для меня нечего не значит. Вы, и только вы одна имеете значение для меня. Для моей жизни. И ничего более.
Но девушка, словно не слыша, потянула его за собой по коридору, пинком распахнула дверь и втащила его в комнату. Помещение выглядело достаточно убогим. Здесь не было никакой мебели, если не считать маленького столика у окна, на котором стояло небольшое потемневшее от времени зеркало. У дальней стены приткнулся топчан, который язык не поворачивался назвать кроватью, застеленный протертым до дыр покрывалом.
Отпустив руку Ника, Айви прошла на середину комнаты.
— Вот моя реальность, Доминик. Теперь вы видите, кто я такая на самом деле.
Доминик повернул ручку и закрыл за собой дверь. Айви растерянно уставилась на него.
— Айви, меня не занимают внешние атрибуты блестящей жизни, которым уделяют столько внимания в обществе. — В два шага он преодолел разделявшее их расстояние. — Вы для меня все. Мне нужны вы — и больше ничего.
От непролитых слез глаза девушки сверкали как драгоценные камни. Она пристально смотрела на него.
— Не говорите ничего, Айви.
Ник привлек ее в свои объятия, и по выражению его лица было ясно, что он не уверен, не оттолкнет ли она его. Она не стала делать этого. Айви спрятала лицо у него на груди, и он понял, что девушка признала свое поражение.
Ник принялся бережно перебирать ее медно-рыжие кудри, вынимая из роскошных волос заколки, пока они водопадом не упали девушке на спину, закрывая ее до самой талии.
Взяв ее лицо в ладони, он повернул Айви к себе и поцеловал. Губы у нее были сладкими, как свежезаваренный чай с сахаром, и послушно приоткрылись, позволяя его языку проникнуть внутрь.
Не разжимая объятий, Айви пролепетала что-то невнятное и обвила его руками за шею, притягивая к себе.
Ник ощутил, как кончик ее язычка скользнул по его нёбу, подталкивая его язык к проникновению к ней в рот, а потом, к его изумлению, девушка принялась нежно посасывать его.
В паху у него возникла сладкая тяжесть, его мужское естество напряглось, и он постарался отогнать мысли о том, как она, обнаженная, извивается в его объятиях, и о кровати, которая находилась всего в двух шагах от них. За их спинами заскрипела, открываясь, дверь. Айви вздрогнула, оторвалась от губ Ника и взглянула через его плечо.
— Сью, разве ты не слышала о том, что, прежде чем войти в спальню, нужно постучать?
Но отстраняться от маркиза девушка не спешила. Ему показалось, что она еще крепче ухватилась за него.
— П-прошу п-прощения, Айви, — запинаясь, пробормотала Сьюзен. — Я услышала, как ушел лорд Тинсдейл, и… Я не подозревала о том, что ты принимаешь еще одного посетителя. — Судя по тону старшей сестры, она ничуть не удивилась, застав Айви в объятиях лорда Каунтертона. — Добрый день, Доминик!
Ник хотел обернуться, но Айви удержала его.
— Сьюзен, сегодня прекрасный день, ты не находишь?
— Да, конечно. Очень познавательный, к тому же.
Ник услышал шум шагов за спиной и скрип кровати, просевшей под чьим-то весом. Слегка повернув голову, он увидел, что Сьюзен с самым невинным видом сидит на постели, болтая ногами, как маленькая девочка. На ее губах играла лукавая улыбка.
— Тебе нужно еще что-то, Сью?