-Спасибо. Так, о чем ты хотел поговорить со мной? – спросила она, скрестив руки на груди и прислонившись к двери.
-Я хочу извиниться за то, что сказал в тот раз, когда мы были вместе, - произнес он, наконец осмеливаясь взглянуть на нее.
-Ты имеешь в виду тот самый раз, когда произнес имя своей кузины, пока мы трахались? – резко спросила она, и он отвернулся, снова чувствуя этот стыд за свой поступок.
-Да, - ответил он через мгновение. Она молча смотрела на него, пока он не повернулся вновь.
Слова, которые он сотни раз повторял про себя, вдруг вспыхивают в его голове, и он больше не в силах их сдерживать и произносит свою речь несколько торопливо, хаотично и с отчаянием:
-Я люблю ее. С тех самых пор, как себя помню. Тетя всегда говорила, чтобы я оберегал Джульетту, защищал её, и как-то те чувства дружбы и постоянное желание быть рядом с ней неожиданно переросли в любовь. Я любил ее так долго, что даже не представляю, какого это - не любить ее.
Внезапно истощенный этим признанием, Тибальт опустился на кровать. Монтекки посмотрела на дверь, убедившись в том, что она закрыта, а затем подошла к своей кровати и села рядом с ним. Внезапно она протянула свою руку и положила на его плечо. Он посмотрел на нее, и его сердце вновь быстрее забилось, когда его взгляд встретился с ее.
-И вдруг, появилась ты! Подумать только, Монтекки, способная вызвать во мне что-то кроме ярости! - воскликнул Тибальт, и горький смех вырвался из его груди. Ты любишь ее, - снова и снова повторял тихий голос в его голове, но он сердито подавлял его. Сейчас не место и не время, чтобы признаваться в любви, тем более что она, вероятно, испытывает к нему только отвращение.
-О чем ты говоришь, Тибальт? – спросила она, но ни ее лицо, ни ее голос не выражали ровно никаких эмоций.
-Монтекки, - сказал Тибальт на этот раз спокойнее, подавляя в себе растущий стыд и гнев за то, что хочет сейчас произнести. -Ты заставила меня чувствовать то, на что я уже и не надеялся. Я и не думал, что смогу когда-нибудь думать о ком-то кроме Джульетты. Ты нужна мне, и это чертовски пугает меня. Ты - Монтекки, я - Капулетти. Я должен ненавидеть тебя, и как бы сильно я не хотел этого, я не могу. Единственное, что я ненавижу в тебе, так это то, что не могу выбросить тебя из своей головы.
Она смотрела на него, широко раскрыв глаза, и он так хотел бы узнать, что происходит в ее голове, о чем она думает сейчас. Он только что раскрыл свое сердце, обнажил душу, а она просто смотрела на него и молчала. Он чувствовал, как голова начинает кружиться, а тошнота подкатывает к его горлу, и вот-вот ему станет совсем плохо, если она ничего не скажет прямо сейчас.
-Я… я тоже не могу заставить себя ненавидеть тебя, - наконец, произнесла она через мгновение, после чего наклонилась и прижалась к его губам. Она протянула руку, чтобы коснуться его лица, и он почувствовал то облегчение, и даже счастье, которое и не ожидал получить от этой встречи. Он вздохнул сквозь поцелуй и запустил пальцы в ее волосы, прижимая её ближе к себе. Он целовал ее так, будто хотел показать ей все эмоции, которые она заставила его почувствовать, не говоря при этом ни слова. Она сдается под его напором и открывает рот, позволяя его языку прикоснуться к ее. Они целовались ровно до тех пор, пока оба не почувствовали нехватку воздуха.
Она отстранилась первой, но не спешила убирать свои руки от его лица. Наконец, выровняв дыхание, она встала с кровати.
Тибальт посмотрел на нее, пытаясь понять, что она собирается делать. На мгновение ему показалось, что она пришла в себя и сейчас скажет ему убираться из ее комнаты, но вместо этого она поступает прямо противоположно его ожиданиям. Она медленно стала снимать с себя платье и то, что находилось под ним, после чего просто стояла и наблюдала за его взглядом. Его недоумение тут же сменилось желанием, когда он с довольным видом посмотрел на нее снизу вверх.
-Мне кажется, на тебе слишком много одежды, - произнесла она, глядя на Тибальта сквозь ресницы. Она сделала шаг вперед, встав между его ног, и потянулась к верней пуговице его рубашки. Он глубоко вздохнул, чувствуя, как громко билось его сердце от того, что эта встреча проходит намного лучше, чем он мог себе представить. Его взгляд упал на ее грудь, и его штаны стали слишком тесными.
-Тогда сделай что-нибудь с этим, Монтекки, - ответил Тибальт с улыбкой на губах. Будь проклято предупреждение леди Монтекки. С трудом оторвавшись от ее груди, он вновь поднял свои глаза наверх.
-Как раз собираюсь этим заняться, - произнесла она, даже не пытаясь скрыть улыбки, когда начала расстегивать его рубашку по одной маленькой красной кнопке за раз.
Когда она закончила с его рубашкой, она просто стянула ее с плеч, и когда та упала на кровать, Тибальт, не отрывая от девушки взгляда, взял и отбросил ее куда-то в сторону. Он притянул ее ближе к себе и поцеловал ложбинку между грудей, прежде чем взять один из ее напряженных сосков в свой горячий рот. Это первый раз, когда он смог увидеть ее всю целиком, и он намерен максимально использовать этот шанс. С ее губ сорвался тихий стон, и она прикоснулась к его темным волосам, вплетаясь в них пальцами, пока его язык скользил вокруг твердой вершинки ее соска, игриво полизывая его. Вскоре он оставил его, переключая внимание на другой и проделывая с ним всё точно тоже самое.
Он собирался уделить чуть больше времени ее груди, но его член уже был настолько твердым, что было невыносимо, поэтому он выпустил ее второй сосок и отстранился. Не сдержав разочарованного стона, она ослабила хватку на его волосах. Его темные глаза встретились с ее, а его руки легли на ее бедра, поглаживая их и приглашая ее сесть на него сверху. Она делает это и вновь прижимается своими губами к его. Он почувствовал улыбку на ее губах, когда она начала проводить рукой по его груди и животу, а затем опустилась к его штанам. Он простонал, когда ощутил ее руку на своем члене.
Как же это жалко, подумал он о том, как его тело реагировало на любое ее прикосновение. Она расстегнула его штаны одной рукой, освобождая его член. Она обхватила его рукой и начала движение вверх-вниз, прежде чем коснулась большим пальцем его головки, собирая капли предэякулята, начинающие вытекать из него. Она оторвалась от его губ и поднесла большой палец ко рту, наблюдая за тем, как он смотрел на неё сначала из любопытства, а потом из вожделения. Она слизала его вкус со своего пальца, представляя себя, будто это его член, и он не сдержал своего стона, смотря на ее губы. Она встала с его ног и достаточно быстро опустилась на колени.
Он глубоко вздохнул, вспоминая тот раз в саду, когда она стояла точно так же перед ним на коленях. Но на этот раз, не она была на территории Капулетти, а он был у неё дома. Она взяла головку его члена в рот, не отрывая своего взгляда от его и двигая рукой вверх-вниз, пока проводила языком вокруг его головки. Он продолжал стонать и запустил пальцы в ее длинные волосы, чуть натягивая их. Она пыталась взять в рот как можно глубже, и он изо всех сил старался сдерживать себя и не трахнуть ее в рот прямо сейчас. Она оторвалась от него, с ухмылкой наблюдая за его разочарованием на лице.
-Ложись на кровать, - произносит она, и он быстро подчиняется. Она стаскивает с его ног сапоги, а затем стягивает штаны. Он приподнимается, чтобы помочь ей. Вскоре Монтекки присоединяется к нему на кровати, после того как его штаны упали на пол, и садится на его бедра. Она выравнивается над его членом и опускается до самого конца, и хриплый стон срывается с ее губ, когда она, наконец, чувствует его внутри себя. Он смотрел на нее, когда она начала медленно двигаться, то поднимаясь, то опуская вниз.
-Черт, - простонала она, и он не мог не согласиться с ней.
Руки Тибальта опустились на ее бедра, крепко сжимая их, когда он произносит первое, что приходит ему в голову:
-Скажи мне, что ты чувствуешь, Монтекки? Тебе нравится чувствовать мой член внутри себя?