— Осуществляя движение на юг против волков, надо остерегаться тигра с северных ворот, — желчно заметил Коноэ.
— Занятая войной против Германии, Советская Россия не воспользуется нашим продвижением на Юг, — возразил Тодзио. — У нас нет другого выбора, князь Коноэ, кроме удара на Тихом океане. Если империя будет продолжать переговоры, она может упустить свой шанс продвижения на Юг.
Тодзио умолк и, отвесив короткий поклон, отошел к своему месту. Наступило длительное, напряженное молчание. Все ожидали высочайшего решения.
— Когда вы намерены завершить переговоры с Америкой? — неожиданно спросил император премьер-министра князя Коноэ.
— В Вашингтоне я надеюсь успешно завершить переговоры к 10 октября, — с надеждой поспешил заверить Коноэ.
— Если он не выполнит своего обещания в срок, то империя должна принять решение воевать с Америкой и Великобританией! — твердо проговорил Тодзио и со скрытой угрозой добавил: — Армия бесконечно выжидать не может.
— Да! — коротко подтвердил император. — На Севере же, хотя наше отношение к советско-германской войне определяется духом оси Рим-Берлин-Токио, мы некоторое время не будем вмешиваться в нее, но продолжим тайное вооружение для войны против Советского Союза. Тем временем мы будем продолжать дипломатические переговоры с большими предосторожностями и, если ход советско-германской войны примет благоприятный для нас оборот, то мы применим оружие для решения северных проблем и этим обеспечим стабильность положения в северных районах.
Главнокомандующий Квантунской армией генерал Умедзу удобно устроился около камина и, казалось, дремал. Неподалеку, опершись на эфес разукрашенной драконами сабли, стоял двоюродный брат императора — принц Такеда. В списках Квантунской армии он числился под фамилией Мията и состоял при главнокомандующем в должности штаб-офицера. Своей позой, жестами принц старался копировать своего божественного родственника. Такеда только утром возвратился из Токио, и важность того, что император поручил ему передать главнокомандующему, переполняла его. Непосредственность молодого принца забавляла главнокомандующего. Умедзу изредка взглядывал на него и прятал чуть заметную усмешку. Подавляя возбуждение, Такеда старался говорить спокойно, но это ему не совсем удавалось.
— Высочайшим указом на днях будет утвержден новый состав кабинета. Его величество соизволил назвать его кабинетом «Надежды Японии»… — Принц многозначительно взглянул на главнокомандующего. — Премьер-министром назначается генерал Тодзио, — почти выкрикнул он.
Собравшиеся в зале военные — цвет генералитета империи — хорошо понимали, что это означает. Послышались энергичные одобрительные возгласы. На лице главнокомандующего выразилось удовлетворение.
— Он же остается военным министром! — добавил Такеда.
Умедзу поднялся. Главнокомандующий был взволнован. Он считал, что созданием правительства генерала Тодзио вопрос о войне решен. Политика предшествующего кабинета уже не могла удовлетворить военные круги империи. Князя Коноэ удерживала на посту премьер-министра только близость к придворным кругам и высшей аристократии. Военная клика настояла на его отставке. «Япония не может больше медлить, — уверял Тодзио. — Дух армии не допустит этого!»
Еще будучи только военным министром, Тодзио приказал Квантунской армии не давать покоя русскому Дальневосточному фронту. Умедзу было ясно, что теперь, когда Тодзио занял все важные посты, последует пора решительных действий.
— Да, господа! Сейчас особенно необходимо сосредоточить политическую и военную власть в одних руках. Хвала мудрости божественного тенно! — возбужденно проговорил Умедзу. — Величие Японии в независимой и твердой позиции армии. Но… — словно предупреждая легкомыслие, добавил: — подготовка к выступлению еще не закончена…
Наступило молчание. Принц нетерпеливо поглядывал на главнокомандующего, ожидая, когда можно будет продолжить сообщение.
— Каковы высочайшие повеления? — наконец спросил Умедзу.
Такеда быстро подошел к карте с краткой надписью наверху: «Кан-Току-Эн. Вариант 2».
Этим названием был зашифрован план нападения Японии на СССР и захвата Советского Дальнего Востока. Его разработал генерал Умедзу после того, как министр иностранных дел Мацуока возвратился из Берлина и информировал, его о готовящемся гитлеровской Германией ударе.