Холодные, острые капли навязчиво барабанящего дождя окропляли бледную, но по-человечески теплую кожу, смачивая уже слипшиеся сосульками волосы, что так холодили лицо и шею. Платье, багряно-красное, с темными, почти черными элементами, так полюбившееся Элизе, сейчас было насквозь мокрым, плотно прилегало каждой набухшей от влаги складкой к изгибам её тела. Вода лилась по волосам, лицу, шее… Тело первое время бил озноб, а после оно будто вовсе онемело, перестав ощущать недавний дискомфорт. Тонкие руки упирались ладонями в край высокого каменного фонтана, а голова склонилась в усталом вздохе. Он здесь, рядом, она его чувствовала, на каком-то необъяснимом, ментальном уровне, что люди привыкли именовать чем-то вроде интуиции. Сердце странно сжалось в груди, болезненно реагируя на его лицо, образ которого возник где-то на краю сознания, отчего брюнетка рефлекторно потянулась к груди, хватаясь за ткань промокшего одеяния и с силой сжимая складки, делая ещё один тяжёлый вздох.
— Что это со мной?..
Она была растеряна, напряжена, запутана и обеспокоена происходящим. Колени дрожали, равно как и руки, от локтя и до кончиков пальцев пробиваемые мелкой дрожью. Она боялась? Но чего именно? Увидеть его, вновь встретиться взглядом? Или, может, того, что чувствует в этот самый момент? Как давно это было… В последний раз, когда он приезжал, Элиза была ещё совсем ребенком, лет шестнадцати, с еще не сформировавшейся, будто мальчишеской фигурой, острыми плечами и длинными, ниже бёдер волосами, сквозь которые он так любил запускать пальцы, перебирая пряди, играясь. А теперь? Теперь она была достаточно взрослым сагнитарием двадцати лет. Выше, чем раньше, почти на голову, с явно выраженными округлостями бедер и груди и с короткими, еле достигающими плеч волосами. Как сейчас он отреагирует на неё? Воспримет всерьёз? Или поругает за необдуманную стрижку, словно ребенка, как и тогда, лишь насмехаясь?..
Эдгар продолжил своё движение, он ощущал её присутствие, то, что она где-то рядом, практически у него в руках, которые ещё не успели остыть от ночного холода. Одежда его уже промокла, а черный цилиндр, не справляющийся со стихией воды, был лишь неким завораживающим эффектом, не более. Вода проникла под одежду, короткие волосы герцога уже потеряли былой объём, темнея от влаги, становясь частью всеобщего мрака. Мужчина ускорял шаг, его сердце билось быстрее обычного. Страсть, желание, удовольствие — чувства, которых он жаждал всей душой, и даже Бог был не способен его остановить.
Шаг за шагом, секунда за секундой, Эдгар становился ближе к своей цели, и кровь его добычи циркулировала с большей силой — вампир это прекрасно чувствовал. Тук-тук, тук-тук — именно это он слышал в своей голове, словно был с ней, но одновременно находился далеко. Ещё немного — и они будут рядом, чтобы сказать всё, что думают друг о друге, а после признаться, но каждый в своём.
Тук-тук, тук-тук, тук-тук...
Это её сердце или его?
Тук-тук, тук-тук, тук-тук...
Каждый шаг как новый удар. Один, второй, третий... Метр. Метр между ними, расстояние в два неполных шага, и она увидит его...
Тело словно каменное, непослушное, окоченелое от холодной воды и неизменной позы, будто по инерции в доли секунды делает резкий разворот назад, чтобы встретиться с ледяным, завораживающим душу взглядом. Ни шага, ни слова, ни действия... Ступор. И капли дождя, кажется, повисли в воздухе, а сердечная мышца всё ещё сокращается, не в силах сделать удар, и лицо его, не изменившееся с годами. Да и что могло его изменить? Сто десять лет для вампира не возраст, а каких-то четыре года не срок. Глаза широко распахнуты, удивлённые, а может, испуганные, ресницы недвижимы, дыхание тихое.
Тук-тук, тук-тук, тук-тук...
Вновь, в своём привычном, но слегка ускоренном ритме, забилось любвеобильное сердце, качая кровь по венам и артериям. Твёрдый глоток, рваный вдох... Капли дождя по-прежнему барабанят по земле, воде и одежде, шум оглашает нежный слух.
— Эдгар...
Она уже была близко, сердце его не могло обмануть. Аромат её крови усилился, след, оставленный на розах, становился всё чётче и яснее, несмотря на бушующий дождь. Всего шаг — и он будет рядом, ожидание томило его душу уже достаточно давно. Герцог приехал сюда издалека, никто не ждал его прихода, никто не знал, что Эдгар тут забыл, даже он сам. Но какое-то желание или цель его удерживали, как тигра на цепи. Опасно играть с огнём, диким животным, способным разорвать, если зазеваешься. Он всегда чувствовал любой подвох и даже сейчас его ощущал. Но, увы, никто не слушал предостережений.